Серия 1
Новоселье, ставшее днём открытий
— Вау! — только и смогла сказать Соня Холлидей, впервые увидев свой новый дом. — Офигеть!
— Фу! — поморщилась Эйприл. — Неужели ты не можешь выражаться по-человечески?
— Прости ма, но я просто обалдела от такой красоты! Неужели это всё наше? И мы будем тут жить?
— Ты ещё не видела своей комнаты, — улыбнулась та.
— Ой, и правда!
И девушка со всех ног помчалась наверх.
Дом действительно был великолепен. Огромный — чуть ли вдвое больше старого, с ухоженным садом, где было и патио для пикников, и бассейн, и даже маленькое, но очень глубокое и чистое озеро. Большие уютные комнаты были обставлены дорого и со вкусом. Собственная спальня привела девушку в полный восторг.
— Как тут клёво! Ой, ты даже не забыла моего любимого плюшевого мишку!
— Я очень рада, что тебе понравилось, — просияла Эйприл.
— Понравилось — не то слово! Я просто в отпаде! Ой, мамочка! — Соня с визгом повисла у матери на шее.— Как же всё-таки хорошо быть богатыми! Когда такой дом, машины, красивая одежда... Теперь для полного счастья мне ещё только надо влюбиться.
Эйприл вздохнула.
— Ох, Соня, не спеши с этим... Успеешь ещё набить шишек, поверь мне. Сейчас пока тебе нужно думать об учёбе и поступлении в университет.
— Ну вот, опять начинается... — скривилась девушка.

Внизу тренькнул мелодичный звонок.
— Кто-то пришёл? — удивилась Соня. — Уже?
— Наверное, кто-нибудь из соседей хочет познакомиться с новосёлами, — решила Эйприл.
Соня распахнула входную дверь. На пороге стояла яркая блондинка, и девушка невольно отметила про себя, как прекрасно выглядит их новая соседка. Но разве можно, глядя на Алину Морган, сказать, что у этой изящной хрупкой женщины шестеро детей?
«Мама ведь ненамного старше неё, — с грустью думала девушка, наблюдая, как Эйприл целуется с гостей, — только она совсем не следит за собой. Возможно, если бы ма привела себя в порядок и оделась бы по-человечески, а не в эти старушечьи тряпки, она смотрелась бы куда лучше...»
После осмотра дома подруги отправились пить кофе в патио. Соня тоже ещё раз обошла оба этажа и наконец забрела в библиотеку. На новёхоньком письменном столе у самого окна стоял компьютер самой последней модели.
«Поиграю в «Симсов», — решила девушка, устраиваясь на удобном вращающемся стуле. Но тут с улицы донеслись голоса.
Эйприл и Алина устроились у самого эркера. Окно было открыто, и Соня могла слышать каждое слово из их разговора.
— ...так рада, что мы с тобой подружились, — говорила хозяйка.
— Раз уж мы стали подругами, может, ты расскажешь мне о себе? — поинтересовалась в ответ гостья. — А то ведь я ровным счётом ничего о тебе не знаю. Даже того, была ли ты замужем.
Соня в это время как раз потянулась, чтобы включить процессор, и её рука замерла в воздухе. «Неужели расскажет?» Притом, что у мамы и дочки были вполне дружеские отношения, Эйприл никогда не делилась подробностями своей личной жизни. Девушка даже не знала, кто её отец — мама никогда не рассказывала об этом, а спросить сама Соня как-то не решалась.
Эйприл за окном вздохнула.
— Была, — негромко проговорила она. — Я училась в «Академи ля Тур» и влюбилась в своего преподавателя. Мы с Майком обручились, когда я была на третьем курсе, и поженились сразу после того, как я получила диплом и вернулась домой.
Соня поднялась со стула, на цыпочках подкралась к окну и села на пол. Хрен с ней с игрой! То, о чём говорили в патио, было так интересно, что она боялась пропустить хоть слово.
— Ты ведь тогда ещё жила со своими родными? — спросила тем временем Алина.
— Да, — в голосе хозяйки послышалась грусть. — Ещё был жив папа, мама выглядела совсем молодой... А Эрика, моя сестрица, заканчивала школу. В то время нам и в голову не могло прийти, что она станет мэром города! Тогда у неё на уме были только мальчики, да вечеринки.
— А где сейчас твой муж? Майкл, да? — осторожно спросила гостья.
— Погиб, — Эйприл горько вздохнула. — Он был сумасшедшим учёным... Путём скрещивания вывел такое странное существо, полурастение-полуживотное. Он в шутку называл его коровой. Майкл хотел, чтобы это существо давало бы людям эликсир вечной молодости. Но эксперимент получился неудачным. Эликсир-то «корова» давала, но она оказалась плотоядной. И однажды просто-напросто сожрала моего Майка.
«Надо же! — удивилась Соня. — Я этого не знала. Мне никто не рассказывал — ни мама, ни бабушка, ни тётя Эрика...»

— Какой ужас! — ахнула Алина. И добавила, помолчав:
— И ты осталась одна, с маленькой дочкой на руках?
— Нет, — отвечала Эйприл. — От этого брака у меня не было детей. В то время я думала только о научной карьере. Но после смерти Майка поняла, что обзавестись ребёнком всё же необходимо. Я стала встречаться с Генри, ты его знаешь. Мы с ним были влюблены друг друга ещё в школе. Первый раз в жизни я поцеловалась именно с ним...
— И ты от него забеременела?
— Да. Он несколько раз предлагал мне пожениться, но я отказалась.
— Почему?
— Я поняла, что мы очень разные... Мне с ним скучно. Он даже колледжа не закончил... И потом, Генри мечтает о карьере криминального лидера. А мне совершенно не улыбается перспектива быть женой мафиози.
— Странно, что Соня совсем не похожа на Генри, — задумчиво проговорила гостья. — Он смуглый блондин, а она белокожая шатенка.
— Ничего удивительного, — спокойно отвечала Эйприл. — Генри ведь не отец Сони.
— Как не отец? Но ты же сама сказала...
— Я сказала только, что родила от Генри ребёнка. Но это была не Соня.
— Я не знала, что у тебя есть ещё ребёнок...
«Да что ты! — чуть не выкрикнула девушка. — Я и то первый раз об этом слышу».
— У меня... был сын. Франсуа. Он... Он тоже погиб. Причём не просто погиб, а... Извини, я не хочу об этом говорить.
— Конечно-конечно, — поспешила заверить Алина, но по её тону Соня поняла, что гостья умирает от любопытства. — А Соня? Про неё ты можешь мне рассказать?
Эйприл помолчала, и дочь догадалась, что она колеблется, рассказывать или нет. И девушка, и гостья затаили дыхание.
— Соня... — наконец, проговорила женщина. — Я родила её от Роберта.
— Что ты говоришь? От Роберта? Мужа твоей сестры?
— Ну да. Супруг леди-мэр был моим любовником.
— Как же это произошло?
— Видишь ли... Мы с Эрикой всегда были сёстрами-соперницами. Во всём. Пока Майкл был жив, она постоянно строила ему глазки, но у них ничего не было, я знаю точно. Майкла вообще мало что интересовало, кроме науки. Я познакомилась в старом городе с Робертом, влюбилась в него. Мы стали встречаться, Роберт часто приходил к нам в гости. А Эрика отбила его у меня и вышла за него замуж.
«Во тётя даёт! — ахнула про себя Соня. — Не удивительно, что от меня это всё скрывали!»
— Мы все жили в одном доме, — продолжала Эйприл. — Как-то раз у нас с Робертом случился выходной в один и тот же день, а Эрика улетела в Мэрию на своём вертолёте. Мы с ним залезли в ванну любви и... В общем, ты меня понимаешь.
— Понимаю и очень хорошо, — горячо поддержала Алина.

— Как только я поняла, что беременна, сразу уехала из дома, — продолжала свой рассказ Эйприл. — Купила участок, построила коттедж по своему вкусу. К тому времени я уже достигла вершины своей карьеры и могла себе это позволить.
— Наверное, тебе было тяжело одной с ребёнком? — сочувственно спросила гостья.
— Нет, ничего. Соня очень спокойная девочка, она никогда не доставляла мне особых хлопот. И выросла она как-то очень быстро.
— А Роберт? Ты долго ещё любила его?
— Пожалуй, нет. С тех пор, как он предал меня, он перестал для меня существовать. Я просто очень хотела ребёнка — и получила желаемое.
— Вы сейчас видитесь?
— Да практически нет. Я не хочу. А он, похоже, даже не знает, от кого у меня дочка.
— Ну что же, откровенность за откровенность, — проговорила гостья после паузы. — Я тоже в ответ сделаю тебе одно признание... Ты ведь знаешь, что у меня шестеро детей? Я всегда мечтала именно о шестерых.
— Конечно, знаю. Я всегда восхищалась твоим стремлением к семье. Мне это не дано...
— Перестань, не прибедняйся. Уж тебе-то дано больше, чем кому-либо! Все твои книги тут же становятся бестселлерами. Ты один из самых состоятельных симов в нашем городе. Вон, какой дом приобрела...
— Ты хотела рассказать что-то о детях, — напомнила Эйприл.
— Ну да, — Алина чуть понизила голос. — Только двое из них рождены от моего мужа Алекса. А все остальные — от других мужчин.
— Что ты говоришь?
— Ну да. Только Бен, мой старший, и Берта появились на свет, так сказать, законным образом. Зато близнецов я родила от Адама Стара. Ты ведь его знаешь?
— Конечно, знаю. Мы очень дружны с его женой, Евой.
— Надеюсь, ты ей не проболтаешься?
— Упаси Создатель симов, за кого ты меня принимаешь!
— А младшенький, Борис, знаешь от кого?
— Даже не догадываюсь!

— Тоже от Роберта, мужа твоей сестры Эрики.
— Не может быть!
— У нас одно время был короткий, но бурный роман... Словом, получается, Борис брат твоей Сони.
«Ещё одна новость, — подумала девушка. — Оказывается, у меня два брата. Один умер, а второй живёхонек, весёлый такой карапуз... Интересно, что мне ещё предстоит сегодня узнать?»
— Надо же! Потрясающе, — очевидно, Эйприл была поражена услышанным не меньше, чем её дочь. — Слушай, а если не секрет, кто отец Бьянки, твоей младшей дочки? Тоже Роберт? На мой взгляд, она самая хорошенькая из твоих детей.
— На мой тоже, — в голосе Алины послышалась мечтательность. — Нет, это не он. Это Себастьян.
— А кто такой Себастьян?
— Ты не знаешь Себастьяна? Да ты что! Это же самый красивый мужчина во всём городе! Он...
Но тут, перекрывая её слова, зазвонил телефон.
«Блин! — выругалась про себя Соня. — Надо же, как не вовремя!..»
Она подбежала к стоящему на письменном столе аппарату и рывком сняла трубку:
— Алло!
— Сонька, привет! — это была её подруга Берта, одна из дочерей Алины. — Ну чего, уже переехали? Слушай, давай сегодня прошвырнёмся куда-нибудь!
— Я не могу, — сердито прошипела Соня, но подружка не почувствовала её настроения.
— Так и я сейчас не могу! — весело заявила она. — Мама куда-то усвистела, оставила меня с малышнёй сидеть. Давай вечером, этак попозже! Слиняем потихонечку — и в старый город!
— Ну, не знаю... — протянула девушка. — Я тебе перезвоню.

Она положила трубку на базу и поспешила вернуться к окну. На её счастье, интересный разговор ещё не закончился:
— ... все пятнадцать лет? — спрашивала гостья. — Соне ведь пятнадцать?
— Да, с тех пор так никого и не было, — отвечала Эйприл. — Я занималась работой, потом стала писать книги. Но знаешь, последнее время у меня такое чувство... Радость, подъём, какое-то предвкушение... Словно вот-вот случится что-то очень хорошее, очень важное. Не только новоселье, но что-то ещё другое...
В саду возникла пауза.
— Хочешь ещё кофе? Могу сварить, — прервала молчание хозяйка.
— Да нет, спасибо, сиди. А какие у тебя планы на вечер? Может, прошвырнёмся по магазинам?
— Извини, не могу. Я приглашена на вечеринку к Старам. Адам получил повышение по службе, и Ева хочет это отпраздновать. Она обожает вечеринки. Тебя не звали?
— Нет. Мы с Евой в прохладных отношениях. После истории с близнецами. По-моему, она о чём-то догадывается. Они так похожи на Адама, особенно Бони...
Вскоре Алина ушла, а Эйприл начала собираться на вечеринку. Соня была взволнована. С одной стороны она чувствовала себя виноватой за то, что подслушивала. С другой — после того, что она узнала, девушка совершенно иначе смотрела на мать.
— Что ты наденешь? — спросила она.
— Не знаю даже... — растерялась Эйприл. — А что ты посоветуешь?
— Убери эти тряпки! Вообще в мусорку выкини! Я тебе сейчас что-нибудь подберу. А потом помогу причесаться и сделать макияж.
Через час Эйприл взглянула на себя в зеркало и ахнула:
— Неужели это я? Я, кажется, даже в студенческие годы так хорошо не выглядела...
Соня, скрестив на груди руки и облокотясь спиной о стену, любовалась результатом своих трудов:
— Да, неплохо получилось! Иди уже, а то пропустишь всю вечеринку!
Конец первой серии

Серия 2
Страшное гадание
Поздно ночью, когда Соня уже спала в своей уютной комнате на удобной кровати, за окном послышался шум подъезжающего автомобиля.
«Мама вернулась, — подумала девушка сквозь сон. Но тотчас открыла глаза и села на постели. — Минуточку, как же так? Мама ушла на вечеринку пешком. Мы же переехали и теперь живём только через квартал от Старов! Тогда кто бы это мог быть?»
Девушка соскочила с постели, босиком подбежала к окну и выглянула на улицу.
У дома было темно, фонари не горели. В свете полной луны Соня смогла рассмотреть очертания тёмной машины. Внутри происходило какое-то движение, но кто там сидит, и что они делают, девушка не видела. Она отворила окно и чуть не по пояс высунулась на улицу.
Наконец передняя дверь автомобиля открылась, и появилась Эйприл. Она смеялась и что-то вполголоса говорила сидевшему за рулём. Этот человек, очевидно, удерживал её и не хотел отпускать.
«Вот это да! Похоже, мама зажгла на этой вечеринке!» — усмехнулась про себя Соня. Ей очень хотелось, чтобы таинственный спутник Эйприл вышел бы из своей машины и проводил свою даму до дверей. Но этого, к великому её разочарованию, не произошло. Эйприл только склонилась к открытому окну автомобиля и, кажется, поцеловалась с водителем. А затем быстро, не оборачиваясь, взбежала на крыльцо. Хлопнула входная дверь.
Машина постояла ещё немного, заворчала мотором и уехала. А до Сони донеслись осторожные шаги по лестнице. Очевидно, Эйприл боялась разбудить дочь.
Соня вошла в комнату к матери. Эйприл сидела за туалетным столиком и косметическим молочком смывала макияж. Лицо её было мечтательным и задумчивым.
— Мам! А мам! Ну давай, рассказывай! Как погуляла?
Эйприл вздрогнула, вышла из оцепенения и строго посмотрела на дочь.
— Соня? Ты с ума сошла, третий час ночи! Немедленно отправляйся спать!
— Ну ма-а... Завтра же суббота, в школу не идти, — заныла Соня. Но Эйприл была непреклонна:
— Сейчас же иди в кровать! А завтра обо всём поговорим.

Соня проснулась оттого, что Эйприл трясла её за плечо:
— Дочка! Дочка, что с тобой?
Девушка открыла глаза:
— А что такое?
— Ты так кричала... Наверное, тебе снилось что-то ужасное, да?
Кричала? Она напрягла память, пытаясь воссоздать, что же ей такое пригрезилось. Точно, сон был страшный. Какая-то женщина в чёрном... Тёмная комната, освещаемая лишь тусклыми свечами... Карты... Хрустальный шар. А потом погост. Надгробие с высеченной на нём фигуркой ангелочка. Могила вспомнилась так ярко, будто сейчас стояла перед глазами: молодая берёза, мраморная плита с амуром и синие цветы вокруг...
— Да, мама. Мне снилось кладбище. Это к чему-то плохому, да?
— Ничего подобного! — Эйприл весело, как-то совсем молодо, засмеялась, и Соня только сейчас заметила, как чудесно она сегодня выглядит. — Это просто к переменам. А перемены нас с тобой уже ждут. Есть предложение сейчас же вызвать таксим, поехать в «Сим-моду» и полностью обновить наш гардероб — и твой, и мой. Как тебе такая идея?
— Клёво! Конечно, поехали!
Первыми, кого встретили в городе мама с дочкой, были супруги Стар, Ева и Адам. Те самые, у которых Эйприл была накануне в гостях. Женщины расцеловались и тут же принялись обсуждать вчерашнюю вечеринку. Ева ахала:
— Ты чудесно выглядишь, Эйприл, чудесно! Я уже давно не видела тебя такой. Представляешь, Соня, твоя мама вчера произвела фурор! Все мужчины в неё влюбились. Признавайся, подруга, что с тобой произошло? Не иначе у тебя новый роман!
Эйприл смутилась:
— Нет, что ты... Никакого романа. Просто Соня помогла мне одеться и привести себя в порядок.
— А сегодня притащила за обновками для себя, да? — Адам игриво подмигнул девушке.
— Ничего подобного! — возмутилась Соня. — Мама сама захотела.
— Ладно, не будем вас задерживать, — улыбнулась Ева. — Нам пора, малыш остался дома с няней... Адам, хватит глазеть на наших красоток, иди вызывай таксим.

Стары уехали, а Эйприл и Соня вошли в раздвижные двери магазина. Наблюдая за матерью, которая покупала одежду целыми охапками, девушка только удивлялась про себя. Куда делась её страсть к блёклым тонам, старушечьим жакетам и мешковатым костюмам, скрывающим фигуру! Эйприл выбирала короткие юбки, модные открытые кофточки, изящные платья, облегающие джинсы и откровенно эротическое бельё.
Во время примерки у Эйприл зазвонил мобильный. Она взглянула на определитель номера и просияла.
— Да? — нежно проворковала она в трубку. — Уже? Спасибо, всё хорошо. И я... И я по тебе... А когда? А почему не сегодня? Ну, конечно, я понимаю, работа... Хорошо, до завтра. Буду ждать.
— Слушай, ма, давай, колись! — не выдержала Соня, пока они, нагруженные покупками, сидели на скамейке в ожидании таксима. — Что с тобой происходит? Или ты влюбилась — или я полная идиотка!
В который раз за сегодняшнее утро прозвенел звонкий, как чокающиеся хрустальные бокалы, смех Эйприл.
— Да, Соня, ты права. Я влюбилась. И, кажется, взаимно.
— Здорово! Я так рада за тебя! А кто он такой, если не секрет?
Эйприл хитро улыбнулась и покачала головой.
— Секрет.
— Ну скажи, не вредничай... Я его знаю?
— Нет, не проси, имени его я тебе пока не скажу. Может быть, чуть позже. Пока у нас ещё только самое начало, понимаешь?
— Понимаю... Ну хоть намекни! Кто он такой?
— Он? — Эйприл мечтательно вздохнула. — Он самый красивый мужчина в городе.
Эти слова вызвали в душе Сони какой-то смутный отклик, но она, как ни старалась, не смогла ничего вспомнить.
«Ну что же, будем надеяться, что это окажется какой-нибудь нормальный чел. Не похожий на этого смазливого Адама Стара. Вот уж кого я терпеть не могу! У него такая красивая жена, а он не пропускает ни одной юбки в городе...»
Дома их ждал сюрприз. На пороге нового особняка стояла стройная рыжеволосая женщина в синем костюме.

— Эрика! — вполголоса проговорила Эйприл, увидев гостью. — Надо же, к нам пожаловала сама леди-мэр.
— Тётя, здравствуйте! — поздоровалась Соня.
— Привет, сестра, — кивнула Эйприл. — Проходи. Хочешь посмотреть наш новый дом? Я сейчас, только поставлю продукты в холодильник. Кофе будешь? Или, может, предложить тебе что-нибудь посущественнее?
— Честно говоря, я не отказалась бы от обеда! — отвечала Эрика. — У меня со вчерашнего дня маковой росинки во рту не было. А я с раннего утра на ногах. Сама знаешь, какая у меня непростая работа.
— Ну ещё бы, на вертолёте-то летать — замучаешься, — иронично улыбнулась старшая сестра. — А что же ты не позвонила, прежде чем зайти к нам?
— Хотела сделать вам сюрприз. И — не застала. Но пока раздумывала, позвонить вам или нет, вы уже и подъехали.
— Понятно, — Эйприл уже хлопотала у плиты. — Может, пока я готовлю, Соня покажет тебе дом?
— Отличная идея. Мы найдём о чём поболтать, правда? — Эрика улыбнулась племяннице и увела её из кухни.
Девушка не слишком поспешно отправилась следом. Теперь, когда она случайно узнала, что её отец — не кто иной, как дядя Роберт, муж родной тётки, она чувствовала себя в обществе Эрики как-то неловко. И леди-мэр точно поняла её мысли. Когда они осмотрели весь дом и вышли в сад, она взяла девушку за руку и сказала:
— Соня, я давно хотела с тобой поговорить.
— Я слушаю вас, тётя.
— Прежде всего, не зови меня тётей. Просто Эрика. И говори мне «ты». И вообще, я хочу, чтобы ты знала... У нас с твоей мамой сложные отношения. Случается, что мы ссоримся, и всё такое... Но, что бы у нас с ней ни произошло, знай — на тебя это никак не распространяется. Ты всегда останешься моим хорошим другом. И всегда можешь обращаться ко мне, что бы ни случилось. Вплоть до того, что если тебе вдруг станет негде жить, наш дом всегда открыт для тебя.
Девушка растерялась:
— Спасибо, но... Не думаю, что у меня возникнут такие проблемы. Мы только что переехали сюда, и тут отлично...
Эрика кивнула:
— Да, особняк неплохой. Но никто не знает, что будет с нами завтра. Так что ты помни мои слова, хорошо?

Эйприл расстаралась и приготовила на обед лобстеров. Соня не очень любила морепродукты и больше налегала на фруктовый салат, который был подан на десерт, зато леди-мэр уплетала за обе щёки.
— Очень вкусно! — заявила она. — Надо отдать тебе должное, сестрёнка, готовишь ты великолепно, даже лучше мамы. Помнишь её фирменные отбивные? А я вот так и не научилась готовить...
— Но ты как-то справляешься? — Эйприл, как обычно, держалась с младшей сестрой несколько настороженно. И теперь, после подслушанного вчера разговора, Соня понимала, почему.
Эрика отодвинула от себя пустую тарелку.
— Я наняла прислугу, она живёт в комнате за кухней. Марта не слишком сообразительна, но в состоянии готовить и поддерживать в порядке дом.
— Понятно, — кивнула Эйприл и принялась разливать кофе.
«Интересно, зачем тётя приехала к нам? — думала Соня, размешивая сахар. — Явно не просто так... Это не Алина, Бертина мама, которой просто нечем заняться. Мне почему-то кажется, что Эрика что-то хочет от нас... И новоселье — только предлог».
Леди-мэр отхлебнула кофе и поставила чашку на блюдце:
— Знаете, девочки, а у меня потрясающая новость. Я влюбилась!
Соня издала удивлённо-восторженный возглас. Эйприл строго посмотрела на неё.
— Поздравляю, — сдержанно проговорила она. — И что же? Ты разводишься с Робертом?
— Да пока нет, — отвечала, очаровательно улыбаясь, младшая сестра. — Потому и приехала просить вас о том, чтобы вы мне помогли.
Мать и дочь недоумённо посмотрели на неё.
— Сами понимаете, я не могу рассказывать Роберту, где я бываю, — продолжала, нисколько не смущаясь, Эрика. — А поскольку он теперь тоже работает в мэрии, то врать, что я на службе, тоже не получается. Вот я и придумала — буду говорить, что я у вас. А если он вдруг позвонит, вы ведь найдёте, что ему сказать, правда? Ну, что я решила принять душ или...
— Эрика! — старшая сестра даже задохнулась от возмущения. — Как ты можешь такое говорить? Да ещё при ребёнке!
Леди-мэр улыбнулась племяннице.
— Какой же Соня ребёнок? Ей уже пятнадцать. Она совсем взрослая девушка.
— Ну, знаешь! — у Эйприл просто не было слов. А её дочь просто распирало от любопытства:
— Эрика, а кто он? Твой избранник?
Эрика мечтательно закатила глаза.
— Его зовут Себастьян. И он... Он самый красивый мужчина в нашем городе. Вы его знаете? Если нет, я вас обязательно познакомлю.
— Да, пожалу... — Соня взглянула на мать и замолкла на полуслове. Эйприл казалась мрачнее тучи.
Впрочем, после ухода сестры она снова вела себя, будто ничего не случилось...

Едва Эрика уехала, зазвонил телефон. Эйприл сунула Соне трубку и, буркнув «Тебя», тотчас вышла из комнаты.
— Что это твоя мама такая сегодня сердитая? — услышала девушка голос подруги Берты.
— Да вот, только что с сестрой пообщалась.
— С леди-мэр?
— Ну да. Они не очень-то любят друг друга.
— Слушай, Сонь, — Берта по своей привычке без всякого перехода сразу перескочила на другую тему. — Поедем со мной к гадалке, а? А то мне одной страшно как-то.
— К какой гадалке?
— Ну как — к какой? К госпоже Филомене. Ты так спрашиваешь, будто у нас в городе два десятка гадалок.
— Я и про эту-то первый раз слышу...
— Да ты что? Ну, ты просто как с луны свалилась. Она классная! Но капризная. Запросто может не принять человека или взглянуть на него и отказаться с ним говорить. Тогда упрашивать бесполезно. Но уж если берётся гадать, то всегда предсказывает только правду. Она и моей маме нагадала, что у неё будет шесть детей, и папе, что он никогда не сделает политическую карьеру. Ну, так ты едешь со мной? А то мне до зарезу нужно узнать, с кем лучше встречаться — с Томом или с Марком.
— Ну, конечно, я поеду!
— Только учти, она принимает исключительно по ночам. Тебя мама отпустит?
— А тебя?
— Да я и спрашивать не буду!
— А я... Я подумаю, как лучше сделать. Наверное, отпрошусь у мамы... Но я точно пойду!
— Ну и ладушки. Тогда я заеду за тобой около часа.

Выяснилось, что госпожа Филомена живёт далеко, на самой окраине города. Её дом был последним, за ним сразу же начинался густой мрачный лес.
— А тут жутковато! — поёжилась Соня, оглядывая густо заросший деревьями неухоженный участок и старый каменный дом с увитыми плющом стенами.
— Она же гадалка — ей положено! — бойко ответила Берта, но девушка поняла, что её подруге тоже не по себе.
Крепко держась за руки, они подошли ко входу и позвонили в дверной колокольчик. И тотчас створки массивной двери растворились, будто сами собой.
— Добрый ве... — начала Соня и замолкла на полуслове. За дверью никого не было!
Девушки, испуганно, оглядываясь, ещё крепче сжали ладони друг друга.
— Входите! — послышался откуда-то издалека низкий женский голос. — Идите всё время прямо.
Подруги решительно шагнули в темноту.
Им пришлось преодолеть целую анфиладу.
«Странно, а снаружи дом выглядит совсем небольшим», — удивилась про себя Соня.
Наконец девушки увидели впереди проблеск света. Повинуясь приглашению, раздвинули чёрные с алым бархатные портьеры и оказались в небольшой комнате, тускло освещённой свечами. Прямо напротив двери стоял стол, и за ним сидела женщина, одетая во всё чёрное. Увидев её, Соня вскрикнула.
«Сегодня ночью, во сне! Да, это была именно она!»
— Не бойся! — проговорила гадалка, глядя прямо ей в лицо. — Подойди поближе.
— Может, сначала Берта... — неуверенно пролепетала Соня.
Взгляд жгуче-чёрных глаз на миг обратился на её подругу.
— Нет, — отвечала госпожа Филомена после короткой паузы. — Блондинке я сегодня гадать не буду. Впрочем, она может остаться, с ней тебе не так страшно.
Девушки только промычали нечто нечленораздельное. Говорить ни та, ни другая, были не в силах.
Женщина взяла со стола колоду, перетасовала её и левой рукой небрежно бросила карты на стол. И они, точно живые, сами собой раскинулись по поверхности красивым ровным веером.
— Ты стоишь на пороге большой любви, — проговорила Филомена. — Но будь осторожна! Это роковая страсть, она может привести тебя к гибели. И не только тебя. Многих других людей. Вот, — она указала на лежавшую сверху даму пик. — Злодейка замышляет козни против тебя.
— Злодейка? А кто она?
— Она совсем рядом с тобой, — продолжала гадалка. — Ты её любишь, ты ей доверяешь, и даже не подозреваешь, какое зло она может тебе принести. Но этому можно противостоять.
— Как? Что я могу сделать?
— Я не могу дать тебе ответа на твой вопрос. Ищи ответ на кладбище.
— Где-е-е?
Женщина пальцем поманила её к себе. Соня осторожно приблизилась к столу и, повинуясь знаку гадалки, заглянула в её хрустальный шар. В тот же миг волшебный предмет точно засветился изнутри. Соня увидела городское кладбище у церкви, ограду, стройную молодую берёзу и могильный камень под ней. На надгробии была высечена фигурка ангела. И синие цветы вокруг. Опять тот же сон!
— Опять тот же сон! — проговорила она вслух.
Госпожа Филомена пристально поглядела на неё.
— Будь внимательна к своим снам! — строго сказала она. — И помни: почти ничего не снится нам просто так, всё имеет свой смысл.
Соня только кивнула.
— А теперь уходите! — приказала вдруг волшебница, и шар мгновенно потух. — Немедленно. Я устала.
Конец второй серии.

Серия 3
Прекрасный незнакомец
— Неужели ты хочешь отправиться на кладбище прямо сейчас? — спрашивала Берта, пока девушки возвращались через заросший сад к её старенькой машине. — Не боишься?
— Ну так, самую капельку, — отвечала Соня. — Но ты же помнишь, что сказала гадалка? Ради любви я готова на что угодно! Даже пойти ночью на кладбище!
— Ты ненормальная! — Берта села в автомобиль и с силой захлопнула дверцу. — Учти, я с тобой не пойду!
— И не надо! — отвечала Соня, пристраиваясь на соседнем сидении. — Да и нельзя. Ведь госпожа Филомена сказала, что я должна быть одна. И непременно ночью.
— Да мало ли, что она сказала! Ты же там помрёшь со страху! Не дай Создатель симов, увидишь какой-нибудь призрак... Там же тебя и похоронят.
— Ничего не помру! Ты только не гони так, а то врежемся во что-нибудь, и похоронят нас обеих.
Некоторое время Берта молчала, кусала губы и, не отрываясь, смотрела на дорогу. Наконец, когда вдали уже показалась чёрная крыша с белеющим на ней крестом, проговорила:
— Я подожду тебя у церкви, ладно?
Соня покосилась на подругу.
— Спасибо, но... Не стОит. Думаю, когда ты останешься одна, тебе станет намного страшнее, чем мне. Поезжай-ка домой, уже очень поздно.
— А-а-а... Как же ты выберешься?
— Просто вызову таксим. Ведь церковь — общественное место, за мной тотчас приедут.
— Но... — на лице Берты отражалась вся внутренняя борьба, происходившая в её душе.
— Да не дрейфь, всё будет в порядке! — Соня чмокнула подругу в щёку и вышла из машины. — Дуй домой, а то тётя Алина тебе голову оторвёт. А я, как приеду домой, сразу позвоню тебе на мобильный, честное слово!

И Берта дала себя уговорить. Её маленькая машинка взревела мотором, сорвалась с места и вскоре исчезла за поворотом, мигнув на прощание фарами. Соня осталась совершенно одна. Некоторое время она постояла на обочине, глядя вслед уезжающему автомобилю, затем встряхнула короткими тёмными волосами, решительно перешла дорогу и зашагала в сторону кладбища.
Конечно, перед подругой она выпендривалась. Девушке было страшно, да что там страшно — у неё просто колени подгибались от ужаса! Но всё-таки любопытство оказалось сильнее. В ушах Сони всё ещё звучали слова гадалки. Роковая страсть, интриги, злодейка-соперница — ну разве можно было перед этим устоять!
На её счастье, ночь была лунной. Она без труда могла разглядеть многочисленные деревья, ажурную металлическую ограду, приоткрытую калитку, противно скрипнувшую в её руках. Усыпанная мелким камнем центральная дорожка вилась по всему кладбищу, от неё, точно ручейки от реки, отделялись небольшие тропинки, которые вели к могилам.
Казалось, звуки города совсем не долетают сюда. Было тихо. Так тихо, что шум шагов отдавался под деревьями многократным эхом, а от внезапного вскрика какой-то ночной птицы Соня чуть не потеряла сознание.
Какая же могила ей нужна? Девушка пристально вглядывалась в кресты, памятники и надгробные плиты. Здесь, под деревьями, было намного меньше света, чем у входа, и рассмотреть то или иное захоронение было делом нелёгким. Она обошла уже почти половину кладбища, как вдруг...

Ту самую могилу она увидела ещё издали. В этом месте кладбища деревья чуть расступались, и полная луна светила ярче самого сильного фонаря. Всё было точь-в-точь как во сне — серебристая надгробная плита с выступающей из неё фигуркой ангелочка, скромные синие цветы, тонкая молодая берёза позади памятника. Соня устремилась туда, но тут послышался какой-то странный звук. То ли вздох, то ли шелест, то ли шуршание... Девушка остановилась, прислушиваясь. Нет, вроде бы тихо. Она сделала ещё шаг вперёд, и звук повторился. В ночной тишине он прозвучал так громко и отчётливо, что у Сони уже не оставалось никаких сомнений. Это действительно был вздох, глубокий, печальный, полный такой невыразимой скорби, что у девушки всё похолодело и внутри и снаружи:
— Кто здесь? — почему-то шёпотом спросила она.
Молчание.
Соня торопливо оглянулась. Неужели кто-то спрятался среди деревьев? Но вокруг не было ничего подозрительного. Она опять взглянула на могилу и вскрикнула от испуга: плита больше не была неподвижной. Мраморный ангелочек медленно покачивался из стороны в строну, будто там, под памятником и под землёй происходило какое-то движение. Девушка замерла на месте, будучи не в силах ни пошевелиться, ни отвести взгляда от могилы.
Мраморная плита тихо отъехала в сторону, над открывшейся ямой заклубился туман. Он становился всё плотнее и гуще, пока вдруг не соткался в маленькую полупрозрачную человеческую фигуру. Призрак медленно поднимался из земли. Вот появилась голова, потом плечи... И вдруг девушка, готовая уже упасть в обморок, услышала его голос, точнее, шёпот. Он был бы похож на шелест ветра в листве — если бы не звучал так страшно.
— Соня... — звал её призрак. — Соня... Ты пришла...
И полупрозрачное тело устремилось к ней.
Это уже было выше её сил. Издав громкий отчаянный вопль, она шарахнулась в сторону и со всех ног, не разбирая дороги, бросилась прочь с кладбища.

Соня как угорелая выбежала на шоссе, услышала шум приближающегося автомобиля и, не раздумывая, кинулась ему навстречу.
Машина взвизгнула тормозами и остановилась буквально в нескольких сантиметрах от неё.
— Ты что, ненормальная? — заорал выскочивший из автомобиля мужчина. — Я же мог тебя сбить!
Но девушка, ещё не пришедшая в себя от пережитого ужаса, бросилась к нему на грудь:
— Там, там... — бессвязно бормотала она. — Там такое...
— Что такое? — встревожено поинтересовался мужчина. — Что с тобой случилось? На тебя напали?
Соня обратила внимание на то, что её собеседник одет в голубую форму, а его чёрно-белый автомобиль снабжён мигалкой.
— Там, у могилы... Белая фигура... Она вылезла из-под земли...
— А, так ты просто увидела призрак! — усмехнулся полицейский. — Ну, а кого ещё ты собиралась встретить ночью на кладбище? Может, директора частной школы?
Эта незамысловатая шутка почему-то очень её рассмешила. Соня представила себе их лысого солидного директора, вылезающего из могилы, расхохоталась и впервые рискнула поднять глаза на своего собеседника. И даже ахнула от восторга. Полицейский оказался настоящим красавцем — стройным, высоким, широкоплечим, с густыми чёрными волосами, собранными в хвост, и удивительно-синими пронзительными глазами.
«Мне это снится. Таких красивых симов не бывает» — пронеслось в голове у девушки.
Но молодой полицейский вполне себе существовал и даже всё ещё держал её за плечи.
— Ты успокоилась? С тобой уже всё в порядке? Тогда садись в машину, я отвезу тебя домой.
Соня молча подчинилась.
— Ну и скажи на милость, что ты делала на кладбище в такое время? — спросил он, заводя мотор. — Только не говори «гуляла», всё равно не поверю. Родители-то знают, где ты шастаешь по ночам?
— Неа, — потупилась Соня. — Мама с ума сойдёт, когда увидит полицейскую машину.
Он покосился на неё и снова усмехнулся.
— Ладно, так уж и быть, не будем расстраивать маму... Но взамен ты должна мне кое-что пообещать.
— Всё, что хотите, — заверила Соня, осмелившись взглянуть прямо в синие глаза.
Она нисколько не кривила душой. Если бы этот красавец в форме попросил у неё её жизнь, она отдала бы её, не задумываясь.
— Дай мне слово, что ты никогда не будешь больше одна ходить ночью на кладбище, — похоже, он не шутил.
— Честное слово, — тоже очень серьёзно ответила девушка.
Он сдержал своё обещание и высадил её на перекрёстке перед их кварталом. Вся поездка заняла не более пяти минут, но Соне показалось, что за эти мгновения она прожила целую жизнь. Совсем другую жизнь, совершенно непохожую на ту, которой она жила раньше.

Меры предосторожности оказались как нельзя кстати. Эйприл не спала. Она сидела на диване с книгой и то и дело бросала тревожные взгляды в окно.
— Ну, слава Создателю симов! — воскликнула она, когда Соня появилась в дверях. — Я уже места себе не нахожу от волнения... Что же ты так долго? И мобильный у тебя не отвечает...
— Да вот, так вышло... — неуверенно протянула Соня. У неё не было никакого желания посвящать маму в подробности этой бурной ночи, но в то же время она испытывала нестерпимое желание поделиться самой потрясающей новостью. И это желание победило осторожность. — Знаешь, ма, я, похоже... Я, похоже, влюбилась!
— Это, конечно, очень здорово, — кивнула та, — но лучше сначала объясни мне, где ты была и с кем. Берта, к твоему сведению, уже дома, я ей звонила.
— Ну, так я же говорю...
— А, так ты была со своим мальчиком! — догадалась Эйприл. — И кто он такой? Я его знаю? Он из вашей школы?
— Нет, — покачала головой Соня. — Он не из школы.
— Вот как? А как его зовут? Кто его родители?
— Я не знаю... Ни имени, ни фамилии, ни родителей.
— Соня! — мама строго посмотрела на дочь. — Мне это не нравится. Это на тебя не похоже. Ты обычно такая разумная девочка... Что произошло? Где ты с ним познакомилась? Ну-ка расскажи мне всю правду!
«Ага. Щас с большой буквы «Ща», — пробормотала про себя девушка. — Теперь самое время выдать, что я влюбилась во взрослого мужика, с которым познакомилась ночью на кладбище. После этого она уже точно никогда и никуда меня не отпустит... Ну нетушки, надо как-то выкручиваться...»
— Знаешь, мам, я подумала... Ты, наверное, права. Я буду более осторожна в своих знакомствах. А сейчас я пойду спать, ладно? Я очень устала, — и Соня бегом устремилась вверх по лестнице.
Она засыпала, всё ещё чувствуя на своих плечах прикосновение его горячих ладоней. И всю ночь Соне снился синеглазый красавец в полицейской форме. Он защищал её от бандитов, спасал из пылающего дома, увозил на белоснежном вертолёте в голубую даль и страстно целовал на берегу поросшего камышами озера. Последний эпизод понравился девушке больше всего.
Проснувшись утром, она ещё немного опасалась продолжения вчерашнего разговора, но её тревоги были напрасны. Маме оказалось не до этого. Сначала грузчики доставили заказанный по интернету тренажёр — беговую дорожку. А потом, когда Соня ещё готовила завтрак, кто-то позвонил Эйприл на мобильный. Она взглянула на определитель номера и так и засветилась от радости.
— Да, я тебя слушаю... Привет! И я очень рада... Никаких, сегодня я не занята. А когда? Нет-нет, я думаю, нам лучше будет встретиться в городе. Хорошо. Так и договоримся, — она нажала кнопку отключения и повернулась к дочери:
— Дочка, как ты думаешь, если я надену вот ту юбку с оборкой, а к ней босоножки на каблуках, это не будет слишком вызывающе?
И Соня поняла, что о её делах мама забыла напрочь.

Эйприл упорхнула на свидание, и Соня осталась одна. Она бесцельно бродила по дому, не зная, чем себя занять — всё просто валилось из рук. Сосредоточиться было невозможно — все её мысли были заняты прекрасным незнакомцем.
Соня, наверное, уже раз десять созвонилась с Бертой и в мельчайших подробностях пересказала вчерашнее приключение. Но в конце концов подруга отказалась разговаривать с ней — она собиралась на свидание с Томом. Соня совсем приуныла.
«Пожалуй, вызову таксим и поеду в старый город, — решила она. — Вдруг мне повезёт, и я встречу ЕГО?» Она шагнула было к телефону, но тот вдруг зазвонил сам. Это была Эрика, сестра её матери.
— Привет, как дела? — весело проговорила она.
— Отлично! — радостно отвечала Соня. В отсутствие мамы она чувствовала себя с тёткой гораздо увереннее. Леди-мэр, такая красивая и успешная, ей очень нравилась. — Я влюбилась! — Соне очень хотелось бы рассказать Эрике о прекрасном незнакомце в полицейской машине, но та — увы! — не стала слушать. Она лишь ответила:
— Это здорово! Значит, ты теперь меня хорошо понимаешь.
— Понимаю... в чём? — на миг растерялась Соня.
— Разве ты не помнишь, о чём мы говорили вчера?
Неужели вчера? И правда, это было только вчера.
— Конечно помню, тё... Эрика.
— Ну вот и чудесно! У нас с Себастьяном сегодня свидание в шесть часов вечера. Ты ведь прикроешь меня, если позвонит Роберт? Я сказала ему, что буду у вас.
— Да... Я постараюсь...
«Ну вот, у всех любовь, у всех свидания! Берта, Эрика... И мама наверняка пробудет в городе до глубокой ночи. И только я, бедная-несчастная, влюбилась сама не знаю в кого...»
Однако вопреки её прогнозам, Эйприл вернулась домой очень скоро.
— Ты что так рано? — удивилась дочь.
— Да так получилось, — несомненно, женщина сама была очень расстроена тем, что свидание вышло столь коротким. — У него какие-то важные дела в шесть часов... Ну ничего, нет худа без добра. Пойду опробую новый тренажёр. Я сильно поправилась за последнее время. А мне надо поддерживать себя в форме.
— Ну конечно, — ехидно улыбнулась Соня. — Ты же теперь встречаешься с «самым красивым мужчиной в городе». Надо выглядеть соответственно.
Конец 3 серии.

Серия 4
Вот это да!

В понедельник утром по дороге в школу Соня, не отрываясь, глядела в окно автобуса. Вдруг на шоссе покажется полицейская машина, а в ней — синеглазый герой её грёз... Но ожидания её не оправдались. Чёрно-белый автомобиль мелькнул только однажды, но в нём сидела какая-то загорелая блондинка.
— Умираю, как хочу ЕГО увидеть, — шептала Соне Берте на уроке математики. — И знаешь, что я придумала?
— Понятия не имею, — Берта вытащила зеркальце и украдкой пыталась осмотреть свою причёску. — Глянь, у меня волосы не очень растрепались?
— Не, нормально. Так слушай, какая у меня идея. Я позвоню полицию и заявлю, что по дому кто-то ходит, наверное, воры... Вдруг пришлют именно ЕГО?
— А вдруг нет? Да ещё оштрафуют вас с мамой за ложный вызов! Не, это плохая идея. Слушай, а может мне постричься? Надоели уже эти косы...
— Соня, Берта, перестаньте болтать! — сделала им замечание учительница, мисс Сильвия.
Девушки притихли, но ненадолго.
— Тогда я, пожалуй, буду больше времени проводить в городе, — задумчиво проговорила Соня через минуту. — Гулять по улицам, по площади... Должна же я когда-нибудь его встретить?
— Когда-нибудь — обязательно, — согласилась её подруга.
— Девочки! — голос мисс Сильвии стал ещё строже. Но Соня была слишком занята своими переживаниями, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
— Вот только на это может уйти куча времени, — продолжала она. — Может даже несколько дней. Я же с ума сойду!
— Да что же это такое, в конце концов! — возмутилась учительница. — Соня Холлидей, выйди из класса!
В другое время такое происшествие очень огорчило бы девушку. Она была пусть не круглой отличницей, но всё-таки примерной ученицей. А сейчас она молча встала, направилась к выходу и столкнулась в дверях... не может быть!
— Ты куда, Соня? — поинтересовался входящий в кабинет куратор старших классов мистер Эдвард. — Вернись на своё место. Мисс Сильвия, ребята! Позвольте представить вам нашего гостя.

Соня на ватных ногах вернулась на своё место. Упала на стул и молча сжала руку подруги.
— Это лейтенант Матье, — продолжал тем временем мистер Эдвард, приглашая войти в класс высокого брюнета в полицейской форме. — У него для вас важное сообщение.
В классе поднялся заинтересованный шум.
— Ух ты, полиция! — воскликнул Том.
— Ща тебя арестуют! — ткнул его в бок Марк.
— Какой хорошенький! — как бы про себя произнёс где-то сзади девичий голос. Разумеется, Тифани, эта зазнайка. Кто же ещё!
— О-бал-деть! — восторженно шепнула Берта. — До чего красивый! Убиться можно! А глаза, ты посмотри, какие у него глаза! Синие-синие... И форма ему так идёт. Сонь! Сонька, да что с тобой?
— Берта... — язык еле шевелился во рту. Девушку бросало то в жар, то в холод. — Берта, это ОН...
Лейтенант Матье, казалось, не обращал никакого внимания на тот эффект, который произвело его появление. Он улыбнулся учительнице и бархатным голосом произнёс:
— Простите мисс, что прерываю ваши занятия. Могу я немного поговорить с вашими подопечными?
— Да-да, конечно! — лицо мисс Сильвии приобрело пунцовый цвет. Ученики ещё ни разу не видели её такой. — Пожалуйста, садитесь!
Она указала ему на свой стул, но лейтенант покачал головой и пристроился на подоконнике, скрестив руки на груди и вытянув вперёд длинные ноги.
— Вот что я хочу сообщить вам, ребята, — начал он, обводя взглядом класс. Соня так и замерла, когда синие глаза на миг остановились на ней, но его взор лишь скользнул по её взволнованному лицу и тут же двинулся дальше. Ночной спаситель то ли не узнал её, то ли сделал вид, что не узнаёт. — Ни для кого не новость, что любимым местом ваших ночных прогулок является городское кладбище. Многие подростки, да что там подростки — даже некоторые взрослые из особо любознательных — просто-таки спят и видят встретить какой-нибудь призрак. Пока случаи смерти от испуга при столкновении с приведением были для нас лишь легендой, городские власти не обращали на это особого внимания. Но последнее время на кладбище стали происходить странные вещи...

Он на миг замолчал, чтобы перевести дыхание. Ребята, учительница и куратор слушали его, как заворожённые.
— Ночные прогулки вокруг церкви, — продолжал полицейский, — перестали быть безобидным развлечением, чреватым разве что мокрыми штанами. — По классу прокатился одобрительный смех. — Недавно стало точно известно: среди захороненных там покойников появились вампиры.
— Ух ты! Здорово! — голос Марка перекрыл общий шум.
— Ничего здорового в этом нет, — серьёзно проговорил лейтенант Матье. — Встреча с вампиром очень опасна. Его укус, вероятнее всего, смертелен и уж стопроцентно заразен.
— Вы не могли бы подробнее рассказать нам о вампирах? — попросил, откашлявшись, мистер Эдвард. Он выглядел и взволнованным и заинтересованным одновременно.
Полицейский покачал черноволосой головой:
— К сожалению, я пока не могу этого сделать. Это явление совсем новое для нашего города. Учёные активно занимаются его изучением, но первые результаты будут не раньше середины сентября. Между тем, ситуация уже становится опасной. Сегодня рано утром в ратуше состоялось экстренное совещание. Леди-мэр лично занялась этим вопросом и распорядилась, чтобы отныне полиция строго контролировала посещения кладбища.
— Это что же — вообще нельзя теперь туда ходить? — удивилась Берта.
— Только по пропускам, — попытался сострить неугомонный Марк.
— Разумеется, мы не можем запретить людям вздыхать над могилами их умерших родственников, — тон лейтенанта был серьёзен, но на лице появилась такая обаятельная улыбка, что вся прекрасная половина собравшихся хором вздохнула, — да и не считаем нужным это делать. Днём кладбище открыто для свободного посещения. Но как только стемнеет, доступ туда строго воспрещается. Вход будет строго охраняться полицией. И если какой-нибудь сим, вне зависимости от возраста, будет замечен ночью в том месте, его ожидает, в лучшем случае, штраф в десять тысяч симолеонов.
Марк присвистнул, а его сосед по парте Том осторожно спросил:
— А в худшем?
— А в худшем — тюремное заключение, — синие глаза смотрели строго. — Я отлично понимаю, что запрещать что-то человеку в вашем возрасте — это значит только провоцировать его. Но в данном случае вам придётся смириться. Поверьте, что шутить с законом не стоит. У меня всё. Может быть, кто-то хочет что-то спросить?
Он снова обвёл взглядом класс, на миг встретился глазами с Соней и, как показалось девушке, мимолётно ей улыбнулся.
Вопросы посыпались со всех сторон. Спрашивали обо всём — о вампирах и призраках, о работе в полиции и о том, почему мэрия до сих пор не отменит устаревший закон, запрещающий подросткам гулять по ночам. Лейтенант Матье отвечал всем до тех пор, пока с места не поднялась воображала Тифани.
— Скажите, а это правда, что вас называют «самым красивым мужчиной в городе»? — кокетливо спросила она.
Полицейский вновь улыбнулся.
— Думаю, на этом мы сегодня закончим, — сказал он, обращаясь к учителям. — Ещё раз прошу прощения, что отнял время от урока.
И через мгновение дверь класса уже закрылась за ним.

— Ну, говори, не томи! Что ты хотела мне сказать? Это про него, да? — не успев выскочить из таксима, Соня вцепилась в ожидавшую её подругу. — Говори скорее, а то я умру!
— Да подожди, не тереби ты меня так! — Берта со смехом отстранилась. — И не ори на всю площадь, на нас уже оглядываются... Пойдём что ли в магазин.
— Ну Берта!.. Ну говори, не томи!
— Да ладно уж, скажу, а то ты тут лопнешь... Хотела бы ты получить телефон своего красавчика-полицейского?
Соня так и подскочила.
— Телефон? Да не то слово! Я бы за это всё на свете отдала!
Берта рассмеялась.
— Ну, всё на свете мне не надо... Вполне хватит твоей чёрной кофточки на шнуровке. Тебя она всё равно полнит...
— Да бери! Мне не жалко. Так ты говорила про телефон...
— Ну да. У меня есть его номер.
Соня издала пронзительный радостный визг и чуть не задушила подругу в объятиях.
— Берточка, солнышко, ты чудо!!! Где ты его взяла? Как тебе это удалось?
— Да просто у мамы в записной книжке посмотрела. Она уже у меня с половиной города знакома. Дай, думаю, загляну. Открываю — а там чёрным по белому: лейтенант Матье, номер такой-то...
— Берта, я тебя обожаю, я твоя должница по гроб жизни! Забирай кофточку, да хоть все мои шмотки забирай! А хочешь, раз уж мы здесь, пойдём в «Сим-моду» и купим всё, что тебе понравится.
— Конечно хочу! — Берта уже бежала к дверям магазина. — Хорошо быть единственной дочкой богатой мамы. Я у своих сегодня просила-просила денег на парикмахерскую — не дали.
— Ну и наплевать! У меня есть. Мы с тобой сразу после магазина пойдём в салон красоты. Я тоже хочу другую причёску...

Домой Соня вернулась, когда уже стемнело. Эйприл в новом спортивном костюме крутилась перед зеркалом и даже не сразу заметила её появление.
«Похоже, мама теперь вообще забыла о моём существовании, — с грустью подумала девушка. — Раньше мне бы наверняка досталось за то, что я прогуляла так долго, а уроки не сделаны... Ещё немного — и я начну скучать по её нотациям об учёбе и будущем поступлении в университет».
— Как тебе костюмчик? — поинтересовалась мать. — Мы решили сегодня собрались сходить в городской спортзал. Поплаваем в бассейне, позанимаемся на тренажёрах — а потом посидим в кафе.
— По-моему, у нас дома есть и бассейн, и тренажёры, — улыбнулась Соня.
— Ну, это совсем не то... Нет, ты скажи, я в этом выгляжу не слишком легкомысленно?
— Разве что чуть-чуть, самую капельку... А я, между прочим, сделала новую причёску.
— Ой, и правда! — Эйприл наконец обратила внимание на дочь. — Тебе очень хорошо. Ну не стой на проходе, пусти меня в душ, а то мне уже скоро уходить.
— Постой мама! — девушка удержала её за рукав. — Мне нужно узнать у тебя одну важную вещь.
— Ну давай, спрашивай, только побыстрее!
— Вот скажи, мам... Вот представь — есть девушка, ей нравится один... один мужчина.
— Угу, — кивнула Эйприл, стягивая с себя костюм. — И что?
— Они почти незнакомы. Так, виделись пару раз... Но у неё есть его номер телефона. Удобно будет, если она ему позвонит первая?
— Ну конечно же! — рассмеялась мама. — В этом нет ничего особенного. Помню, когда мы в старших классах встречались с Генри, я тоже первый раз позвонила ему сама и пригласила в гости.
— А он не подумает, что я за ним бегаю?
— Да что ты! Видишь ли, в вашем возрасте ещё более застенчивы, чем девочки. Они очень боятся, что вы им откажете, и часто не решаются сами сделать первый шаг... С Генри было именно так. Ты тоже запросто можешь позвонить своему мальчику и позвать его к нам. Или погулять.
— Но он не мальчик, мама! — вырвалось у Сони. Она тут же испуганно прикусила губу, но, на её счастье, Эйприл не отнеслась к её словам всерьёз.
— Конечно, не мальчик, — засмеялась она. — Юноша. Я всё забываю, что ты у меня уже большая. Только не гуляйте очень уж долго, а то тебе завтра в школу. Ну всё, я побежала! Буду поздно. Пока!

И снова Эйприл умчалась на свидание, а Соня осталась одна. Вынула из кармана бумажку с номером, подошла к телефону, но позвонить так и не решилась. Долго сидела с трубкой в одной руке и листочком в другой, затем всё-таки набрала номер. Но другой.
— Алло, Эрика? Ты можешь сейчас со мной поговорить? Ты не занята?
— Ой, Соня, как я рада, что ты позвонила. Мне самой очень нужно с тобой поболтать.
— Правда? О чём?
— Вам сегодня в школе сделали сообщение?
Этот вопрос вызвал в душе Сони целую бурю эмоций.
— Ага... — это единственное, что она могла ответить. И то с трудом.
— Прошу тебя, — продолжала леди-мэр, — отнесись к этому предупреждению серьёзно. Вампиры — это действительно очень опасно. До меня доходили слухи, что ночью на кладбище видели многих подростков, в том числе, и тебя. Это правда?
Врать Соня не умела и не любила.
— Да, я была там... Однажды.
По голосу тётки было ясно, что она очень взволнована.
— Соня, девочка моя, я тебя очень прошу! Никогда больше не ходи туда ночью! Пойми, ты моя племянница, ты мой лучший друг, ты мне дорога и я очень боюсь за тебя!
— Да, Эрика, конечно...
— Ну вот и чудесно, — голос леди-мэр потеплел. — Тогда расскажи мне, как твои дела. Чем вы с мамой сейчас занимаетесь?
— Мамы нет дома, она... э-э-э... в гостях. А я никак не могу заставить себя сесть за уроки.
— Хочешь, приходи сейчас к нам? Роберт будет очень рад тебя видеть, он тебя обожает. А хочешь — я заеду за тобой, и мы прогуляемся по старому городу? Можем сходить в ресторан или на дискотеку.
— А разве ты сегодня... не занята?
— Ты про Себастьяна? Нет, сегодня мы не встречаемся. Решили сделать перерыв и заняться каждый своими делами. Он поехал в спортзал немного подкачаться, а я в кои веки веков просто валяюсь на диване с книжкой.
— Прости... Куда он поехал?
— В спортзал. У него дома нет ни бассейна, ни тренажёров. Так мы увидимся?
— Не сегодня, ладно? У меня уроки и вообще...

Поговорив с тёткой, Соня решительно тряхнула новой причёской и торопливо нажала на ещё не остывшей трубке комбинацию цифр, которую уже успела выучить наизусть.
Раздались длинные гудки — один, другой, третий... Ответа не было так долго, что она уже готова была расплакаться. Вдруг Берта что-то перепутала, и у неё оказался не тот номер? Наконец, седьмой по счёту гудок прервался на середине.
— Алло! — этот роскошный бархатный голос она узнала бы тысячи. Да что там, из миллиона! Даже сейчас, когда его обладатель несколько запыхался. Очевидно, он бежал к телефону издалека.
Девушка раскрыла рот, но не смогла ничего произнести. Дыхание перехватило, кровь прилила к лицу и застучала в ушах, сердце колотилось так, словно готово было выпрыгнуть из груди и начать скакать по комнате.
— Я вас слушаю! — звучал в трубке волшебный голос. — Говорите!
— Здра... здравствуйте... — наконец выдавила из себя она.
— Добрый вечер, — похоже, он был несколько удивлён. — Кто это говорит?
— Это... Соня.
— Соня?
— Помните, кладбище... ночь с субботы на воскресенье... — обычная речь давалась ей с огромным трудом.
— Кладбище?! А-а-а... ну да, — он всё ещё тяжело дышал. — И что же вы... Что ты хочешь мне сказать?
«Сейчас или никогда! Ну! Или пан — или пропал!»
Девушка вся сжалась в комок, сгруппировалась, точно перед прыжком в ледяную воду, набрала полные лёгкие воздуха и выпалила единым духом:
— Я хотела бы с вами встретиться.
Как ни странно, но похоже, эта просьба совсем его не удивила.
— Ну что же, давай. Только дай подумать... Завтра в три часа дня на главной площади тебя устроит?
— А сегодня нельзя? — ей почему-то казалось, что завтра столь внезапно обретённая смелость её покинет.
— Нет, сегодня я никак не могу. У меня дела... И, кроме того, я в сейчас в спортзале. Алло? Соня? Ты что молчишь? Соня?
Конец четвёртой серии.

Серия 5
Так он или не он?
В эту ночь Соня Холлидей долго не могла уснуть. Мысли набегали, точно штормовые волны, покрывая её с головой.
«Так вот он каков, самый красивый мужчина в городе! — думала она. — Коварный обманщик, самый настоящий сим-романтик! Задурил голову всем нам троим... Нет уж, ни за что не пойду завтра встречаться с ним! Пусть и не мечтает!»
(В пылу эмоций девушка как-то забыла, что лейтенант Матье и не думал дурить ей голову или мечтать о свидании с ней на главной площади — встреча была целиком её идеей).
«Как же обидно, что всё так получилось! — она повернулась на другой бок и вздохнула. — Мы с Бертой всё так хорошо продумали... И кофточку прозрачную специально для этой встречи купили, и джинсики выбрали... А я-то размечталась! Напредставляла, как мы с ним пойдём во «Фламинго»... Как он спросит, что я буду пить, я выберу себе коктейль, и он сразу поймёт, что я уже взрослая, а не какая-нибудь соплюшка... Мы бы болтали и танцевали весь вечер, а потом он отвёз бы меня домой и на прощанье... Чёрт, может, всё-таки сходить? Он сказал — в три часа... Как раз успела бы забежать домой и переодеться... Нет, не пойду. Не пойду и всё! Так ему и надо! Ненавижу!»
Соня перевернула подушку холодной стороной и сердито ткнула её кулаком, будто та была в чём-то виновата.
«Больше всего жалко маму, — крутилось у неё в голове. — Она последнее время выглядит вся так и светится... Бедняжка думает, что наконец-то нашла своё счастье. Она же не знает, что этот самый красавчик одновременно крутит любовь с её сестрой! Да наверняка не с ней одной... Ой, блин, ну что же мне делать? Может, сказать ей правду? Пожалуй, это будет слишком жестоко... Или всё-таки надо?»
Утомлённая всеми этими сумбурными мыслями, девушка заснула только под утро. И, как это обычно бывает, ей показалось, что будильник зазвонил в тот самый момент, когда она только-только закрыла глаза.
Чувствуя себя вялой и сонной, Соня кое-как убрала постель, умылась, уложила свежепостриженные волосы и заглянула в мамину спальню. Эйприл, поздно вернувшаяся накануне, ещё спала и счастливо улыбалась во сне. Девушка вздохнула и отправилась готовить себе завтрак.

Едва она села за стол, как в кухню, потягивая носом, спустилась Эйприл.
— Похоже, тут едят что-то вкусное! — весело заявила она. — Я тоже хочу!
Соня едва кивнула в ответ, но мама не почувствовала её настроения. Она уплетала за обе щёки яичницу с беконом и щебетала:
— Как ты думаешь, а не устроить ли нам вечеринку?
— Для взрослых? — привычно уточнила дочь
— Нет, почему же... Можешь позвать и своих друзей. Берту, Марка, Тома... Ну, и конечно, своего молодого человека. Будет отличный повод нам всем познакомиться. А? Как тебе такое предложение?
Соня только плечами пожала.
— А кого ещё ты пригласишь? — осторожно спросила она.
— Алину с Алексом, — ответила Эйприл, наливая себе кофе. — Надо, наверное, и Эрику, вы с ней последнее время так подружились. Но... Я хотела бы с тобой посоветоваться. Понимаешь, сестра хочет прийти не с мужем, а... Ну, в общем, со своим другом. А мне кажется, это будет не совсем удобно... Ты как считаешь?
Соня многое могла бы сказать по этому поводу, но как-то не решилась и только промычала себе под нос нечто, что мама истолковала, как согласие с ней.
— Ну и чудесно! — заключила она. — Значит, пусть приходит с Робертом. А с кавалером у неё ещё будет возможность встретиться вне нашего дома.
С улицы раздался гудок школьного автобуса.
— Ой, уже! А я ещё в пижаме! — девушка торопливо выскочила из-за стола. И только уже стоя на крыльце сообразила, что забыла выяснить нечто важное.
— Да, мам! А по какому поводу вечеринка? Вроде ни у меня, ни у тебя дня рождения не намечается...
Эйприл загадочно улыбнулась:
— Вообще-то мы собирались сделать всем сюрприз, но уж ладно, тебе я скажу... Ты ведь давно просишь, чтобы я познакомила тебя с моим избранником, правда? И вот этот момент настал. Мы решили объявить всем о наших отношениях.

— Представляешь, гуляли с Томом до половины четвёртого! — тараторила Берта, пока автобус вёз их через весь город. — А потом ещё два часа стояли у моего дома и целовались. Я сегодня вообще не ложилась спать, офигеть, да? Кофе напилась, душ приняла — и в школу! К домашнему заданию, как ты понимаешь, даже не притрагивалась. Не дай Создатель симов, мисс Сильвия спросит меня по географии!
— Не волнуйся, не спросит, — автобус остановился, и Соня поднялась с сиденья.
— Откуда ты знаешь? — удивилась её подружка, выходя следом.
— Оттуда, что мы с тобой на географию вообще не пойдём. Ну чего ты глаза таращишь? Прогуляем урок-другой, вот и всё. Мне до зарезу надо с тобой поговорить.
— Тот-то я смотрю, ты всю дорогу молчишь, да молчишь... А ну, рассказывай!
Переливы школьного звонка были слышны по всему двору. Последние опаздывающие ученики взбегали по широкой лестнице и исчезали в дверях, но девушки и не думали к ним присоединяться. Они завернули за угол и уселись на траву под деревом. Исстрадавшаяся Соня наконец-то смогла вывалить подруге всё, что наболело у неё на душе.
— Ну и дела! — только и смогла сказать Берта, выслушав сбивчивый рассказ. — И что ты ему скажешь при встрече?
— Я не пойду! — наморщила нос Соня. — Видеть его не желаю!
— Ну и дура! — горячо возразила подруга. — А я бы на твоём месте пошла. Просто из принципа. Чтобы в глаза его бесстыжие посмотреть!
— Нет, ты что! — испугалась девушка. — Я ни слова ему не скажу ни о маме, ни об Эрике...
— Ага, а сама говорила, что не собираешься на свидание!
— Ну, ты скажешь тоже! Какое это свидание?
— А что же ещё? Самое настоящее первое свидание.
— Ты думаешь, всё-таки стоит пойти?
— Ну, конечно... Зря мы что ли с тобой вчера таких классных шмоток накупили?
— Нет! — Соня решительно поднялась на ноги и отряхнула юбку. — Теперь я уж точно решила — не пойду. И не уговаривай!

Как вы думаете, чем всё это закончилось? Правильно, именно так.
Без десяти три, наряженная и подкрашенная, Соня уже бродила по главной площади, то и дело бросая взгляд то на свои наручные часики, то на куранты, украшавшие башню ратуши. Минуты тянулись невыразимо медленно.
«Зря я всё-таки пришла раньше, — сокрушалась про себя девушка. — Надо было опоздать, пусть бы лучше он меня дожидался... Хотя, с другой стороны, а вдруг он не стал бы ждать?.. Всё равно обидно, торчу тут посреди площади, как волос на лысине... Может, спрятаться куда-нибудь в магазин и высматривать его из окна? Ну да, а он проедет мимо на машине, не увидит меня и даже не остановится...»
Она сделала ещё один круг вдоль большого фонтана и присела на скамейку.
«Чёрт, уже пять, даже шесть минут четвёртого, а его нет... А что если он вообще не придёт? Может, всё-таки позвонить ему на мобильный?»
— Не стоит так беспокоиться, дитя моё, — услышала она вдруг ласковый женский голос. — Всё будет хорошо. И тот, кого ты с таким нетерпением ждёшь, обязательно скоро появится.
Соня удивлённо обернулась. Рядом с ней сидела улыбающаяся женщина с не слишком красивым, но открытым и добрым лицом, усеянном веснушками. Она была в чёрном одеянии и белой накидке монахини.
— Здравствуйте! — растерянно проговорила девушка. — Простите, я вас даже не заметила. Вы...
— Меня зовут сестра Беата, — приветливо сказала монахиня. — А ты?..
— А я Соня. Соня Холлидей.
— Вот как? Ты дочь известной писательницы Эйприл Холлидей, не так ли? Мне очень нравятся её книги.
— Да, именно так. А разве вам можно читать романы?
— Ну конечно же! — рассмеялась её собеседница. — Или ты думаешь, что монахиня может брать в руки только библию? Это не так, мы читаем и светскую литературу. У нас, в монастыре Святой Беллы, лучшая библиотека в городе. Таких книг, какие есть у нас, ты больше нигде не найдёшь. Даже в «Академи ле Тур», славящейся своей коллекцией древних манускриптов. Ты любишь читать?
— Да, очень.
— Ну, тогда приходи как-нибудь к нам. Спросишь меня, и я покажу тебе нашу библиотеку.
— А разве меня пустят? Я думала, что в монастырь не пускают никого посторонних...
— Ну что ты! Двери нашей святой обители всегда открыты. Все симы нашего города, встретившиеся с трудностями или печалями, приходят к нам. И мы стараемся помочь каждому.
— Вот как? Я не знала... А скажите...
Но задать свой вопрос Соня не успела. Подняв голову, она увидела, что невдалеке от них паркуется полицейская машина. И дружелюбная монахиня тут же была забыта.

— Привет! — красавец-лейтенант помахал ей рукой.
— Добрый день, — чуть разочарованно проговорила Соня. Ей почему-то казалось, что при встрече он должен был бы поцеловать её. Ну, хотя бы в щёку.
— Извини, я опоздал! — он кинул взгляд на часы на ратуше. — Очень много работы. У меня есть для тебя двадцать минут. Уложишься?
Девушка только кивнула. Её била нервная дрожь, сердце колотилось как бешенное, ладони вспотели, а лицо пылало.
«Ну и слава Создателю симов, что он меня не поцеловал! — пронеслось у неё в голове. — Я бы, наверное, тогда сразу бы умерла на месте. И учёные констатировали бы новый вид смерти — от поцелуя».
— Присядем здесь? — он показал на скамейки у фонтана.
— А, может... — выдавила из себя Соня. — Может, зайдём во «Фламинго»?
Полицейский поглядел на яркую вывеску клуба и покачал головой:
— Нет, не стоит. Если хочешь, можем посидеть вон там, в уличном кафе.
Ну что же, это, конечно, не «Фламинго», но...
— Иди садись-ка вон туда, — он кивнул на угловой столик, а сам пошёл к стойке. Девушка молча подчинилась. Вскоре он уже сидел напротив, перед ним стояла дымящаяся чашка кофе, а перед ней — креманка с мороженым.
«Даже не спросил, что мне заказать, — обиженно подумала она. — Взял мороженое, как маленькой... Конечно, я очень люблю мороженое, но... Всё равно это невежливо. Грубый он какой-то... И чего они все в нём нашли?»
— Так что ты хотела мне сказать? — спросил он, с наслаждением делая большой глоток.
— Ничего, — буркнула Соня. — Мне нечего вам сказать. И вообще, я даже не знаю, как вас зовут. Не обращаться же мне к вам «господин полицейский» или «лейтенант Матье».
Синеглазый красавец слегка улыбнулся.
— Можешь называть меня Эб. А ты чего мороженое не ешь? Растает же...
— КАААК?
— Эб. А что тебя так удивило?

«Эб, — повторяла про себя Соня, — Его зовут Эб. А вовсе не Себастьян, как возлюбленного Эрики и отца младшей сестрёнки Берты. Получается... Что же получается? Это совсем не он, а совсем другой сим! То есть это, конечно, он, а то был не он... Блин, совсем запуталась!..»
— Соня, ау! Вернись, пожалуйста, сюда, — Эб помахал рукой у неё перед носом. Рука, кстати, была очень красивая, с узкой ладонью и длинными пальцами, но при этом сильная, настоящая мужская рука.
— Да, я здесь. Извините, я задумалась, — девушка пыталась совладать с собой, но у неё плохо получалось. Губы сами собой растягивались в глуповато-счастливую улыбку.
— Что ты хотела мне рассказать, Соня? — синие глаза смотрели столь ласково, что девушка таяла точно так же, как мороженное в креманке
— Рассказать?
— Ну да, — он отпил ещё кофе. — Ты звонишь полицейскому, который приезжал к вам в школу, просишь о встрече. Я так понимаю, что ты хочешь поделиться со мной какой-то проблемой, разве нет? У тебя или у кого-то из твоих друзей неприятности с законом?
— Что? Да нет, что вы! — девушке и в голову не могло прийти, что он отнесётся к её поступку именно так. — Я хотела встретиться с вами... Не как с полицейским, а как с человеком, понимаете?
«О Создатель симов, что я наделала! Я же только что, сама того не желая, объяснилась ему в любви. Сейчас он просто посмеётся надо мной. Или скажет что-нибудь в духе: «Знаешь, я очень тронут, но у нас не может быть ничего общего, я взрослый мужчина, а ты тинейджер...»
— Ну что же, у меня прямо гора с плеч, — проговорил Эб, отодвигая опустевшую чашку. — Ты мне очень симпатична, Соня, и я совсем не хотел бы, чтобы у тебя были неприятности.
Надо ли говорить, что эти слова прозвучали для неё лучше самой красивой в мире музыки?
— А теперь прости, но мне пора ехать, — проговорил он, поднимаясь. — Я рад был поболтать с тобой и надеюсь, что это не последняя наша встреча.
Соня молча взглянула на него снизу вверх. Она не вымолвила ни слова — за неё всё сказали её глаза.
Эб взял её ладонь и слегка пожал.
— И помни, что ты мне обещала. Никогда не ходи ночью на кладбище, ладно?
Шум мотора полицейской машины давно потонул в уличном шуме, а Соня всё сидела за столиком уличного кафе над совсем уже растаявшим мороженым. В ушах её всё ещё звучал бархатный голос, произносящий такие потрясающие слова: «Ты мне очень симпатична»... «Рад был поболтать с тобой»... «Надеюсь, что это не последняя наша встреча»...
А ночью ей приснилось, что Эб живёт у них в доме. Будто в их с мамой особняке не два этажа, а три, и наверху есть ещё одна комната — его спальня. И вечером, когда Эйприл уже спит, Соня спускается в кухню и случайно встречает там Эба...

К вечеринке мама с дочкой подготовились очень тщательно. Разумеется, несколько дней они посвятили выбору нарядов — обеим хотелось выглядеть как нельзя лучше. А дома сделали генеральную уборку, заказали во «Фламинго» ужин, пригласили бармена и купили новый музыкальный центр. Кульминацией стал фирменный торт, который Эйприл пекла по большим праздникам.
Соне казалось, что загадочный мамин друг должен был бы прийти пораньше и помочь им во всех этих хлопотах, но взрослые решили иначе.
— Мы договорились, что он появится в самый последний момент, когда остальные гости уже соберутся, — сказала мама.
Дочь лишь пожала плечами. Теперь ей было уже совершенно всё равно.
Стояла чудесная погода, и вечеринку было решено устроить на открытом воздухе.
Первыми, конечно, пришли Монинги. Берта в новом платье и с новой причёской выглядела совсем взрослой. На Алине, её матери, как заметила Соня, была одна из кофточек, которые она сама подарила подруге. Но Соня была воспитанной девушкой и, конечно, ничего не сказала. Алекс, бывший у них первый раз, не уставал восхищаться домом.
Следом за ними появились Эрика и Роберт. Первый раз за всё это время Соня увиделась с человеком, которого раньше любила, как своего дядю... А потом случайно узнала, что он её отец. В другое время её, конечно, очень взволновала бы эта встреча. Но сейчас она думала только о свидании в летнем кафе на городской площади, вспоминала свой сон, да слова гадалки госпожи Филомены: «Слушай свои сны, девочка! Всё, что тебе привидится, привидится совсем не просто так!»
Не успела Эйприл накрыть стол, как появился ещё один гость — незнакомый Соне высокий и смуглый блондин, приблизительно одних лет с её мамой.
«Так вот он, значит, какой, — подумала девушка. — Ну, ничего, конечно... Но я бы не назвала его самым красивым мужчиной в городе. До Эба ему ой как далеко...»
Однако Эйприл не кинулась на шею блондину, а лишь дружески обняла его и легонько похлопала по плечу.
— Друзья мои, познакомьтесь! Соня, познакомься! — сказала она. — Это Генри, мой старый приятель, мы с ним ещё в школе сидели за одной партой.
— Генри надо же, я тебя не узнала! — Эрика тотчас расцеловалась с блондином. — Мы ведь не виделись тысячу лет! С ума сойти, какой ты стал интересный!
— Мама, это он? — тихо спросила Соня, удерживая за руку пробегавшую мимо Эйприл.
Та рассмеялась:
— Ты про Генри? Ну что же, конечно, нет. Он просто мой друг детства. Я, честно признаться, и звать-то его не хотела, но он так напрашивался...
— А где тогда... Ну, твой кавалер?
Эйприл приподнялась на цыпочки, чтобы увидеть сквозь окно большие часы в библиотеке.
— Должен быть с минуты на минуту... Постой-ка! Слышишь звонок? Это он, он!
Конец пятой серии

Серия 6
Возлюбленный Эйприл
Соня и Эйприл, обгоняя друг друга, кинулись к входной двери.
«Ну наконец-то я увижу маминого избранника! — думала девушка. — А то ещё десять минут мучительных раздумий Эб это или не Эб — и я просто сойду с ума... Сейчас я увижу или его, или какого-то незнакомого сима — и всё станет ясно».
За полупрозрачным стеклом входной двери явно различались силуэты двоих людей. Приблизившись, Соня разглядела того, кто стоял ближе. Это был Адам.
«Блин, по-моему Создатель симов решил сегодня поиздеваться надо мной. Это всё ещё не мамин жених, это её друзья Стары, Адам и Ева»...
Эйприл повернулась к дочери:
— Ой, Соня я совсем забыла про бокалы для шампанского! Я сама открою, а ты принеси их, пожалуйста. В самом правом шкафчике на нижней полке, в такой большой коробке... Да не забудь как следует перетереть каждый чистым сухим полотенцем.
Соня пожала плечами, развернулась и направилась в кухню.
На поиски бокалов и приведение их в порядок ушло, наверное, минут десять.
«Этак я всё веселье пропущу, — думала девушка, аккуратно ставя фужеры на поднос. — Раз, два, три... Сколько же нас человек? Мы с мамой, Берта с предками, дядя с тётей, Стары... Вроде всё. Ах нет, ещё этот Генри, мамина давняя любовь и, помнится, отец моего покойного братика Франсуа... Значит, нужно десять бокалов».
Держа перед собой поднос и осторожно ступая на высоких каблуках, она направилась к двери, которая вела из кухни прямо в сад. Надо было только спуститься по небольшой лестнице. Сначала Соня смотрела себе под ноги, потом подняла глаза... и поднос с жутким звоном и грохотом вылетел у неё из рук. Посреди патио со стаканом коктейля в руках стоял синеглазый герой её грёз.
Все гости обернулись на шум.
— Соня, ну что же ты такая неуклюжая! — отчитал её Адам Стар. — Разбила столько дорогих бокалов. Разве так можно! Когда несёшь что-то, нечего зевать по сторонам.

— Да ладно, у нас есть ещё фужеры, — махнула рукой Эйприл. — Я накупила сразу много, как раз с учётом, что они будут биться.
— Пойдём, я помогу тебе принести! — вызвался Генри.
— Идём. Заодно я и торт фирменный принесу...
— Не расстраивайся, посуда бьётся к счастью, — утешила Соню Алина. Они с дочерью уже собирали осколки.
— Это чашки к счастью, а стекло — к слезам, — пробормотала девушка. Сказать, что на душе у неё было скверно — значит, ничего не сказать. Выходило, что мамин кавалер всё-таки не кто иной, как красавец полицейский. Тот самый, о котором она вздыхала день и ночь...
— Соня, не расстраивайся из-за ерунды! — обняла её Эрика. — Ты знакома с лейтенантом Матье? Эб, иди сюда, я представлю тебя своей племяннице.
— А мы уже знаем господина полицейского! — Берта подошла как нельзя кстати. — Он был у нас в школе и рассказывал про вампиров. И про то, что нельзя ночью на кладбище ходить.
— Надеюсь, вы послушались? — поинтересовался Роберт. Он приблизился к ним и взял жену за талию, но леди-мэр осторожно высвободилась.
— Да, — буркнула Соня. — Мы слушаемся. Мы вообще послушные. До омерзения.
Она налила себе стаканчик пунша и отошла подальше. Сейчас у девушки не было никакого желания поддерживать светскую болтовню.
Подруга последовала за ней.
— Да ладно, Сонька, ну чего ты? Подумаешь, разбила бокалы. Мама же тебя не ругала, только этот Адам наехал... Ну, так он тебе никто, чего в голову-то брать? Кстати, а где его жена, я её чего-то не вижу?
Соня даже не ответила. Меньше всего её сейчас интересовала Ева Стар.
— Слушай, а Роберт, твой дядя, оказывается, очень симпатичный! — продолжала щебетать Берта, прихлёбывая фруктовый напиток. — Не понимаю я Эрику... Конечно, она леди-мэр, и может позволить себе всё, что угодно. Но я бы на её месте от такого красавчика гулять бы не стала... Слушай, а ты не знаешь, кто её хахаль? Ну, Эрики? Сонька, ну что ты всё молчишь и молчишь? Из-за этого своего, что ли, да? Разве у вас что-то случилось?
— Случилось...
— Да ты что? А я даже не заметила, что вы успели поговорить! А что такое?
Соня не успела ответить. В патио появился Генри с новыми бокалами в руках и Эйприл со своим тортом.

— Друзья мои, прошу минутку внимания! — женщина буквально светлилась изнутри. — Сегодня у меня самый счастливый день в моей жизни. И я хочу, чтобы вы все разделили мою радость. Пожалуйста, все возьмите бокалы. Алекс, прошу тебя, разливай шампанское! Девочки, Соня и Берта, вам тоже можно! Такой праздник... Любимый мой, ну подойди же сюда, что ты там стоишь!
И Соня не поверила своим глазам. Один из гостей сделал несколько шагов к её матери... но это был не Эб, а Адам, Адам Стар! Он подошёл к Эйприл и обнял её, а она, склонив голову ему на плечо, продолжала:
— Друзья мои, я хочу выпить за свою любовь, которую наконец встретила! За своего долгожданного и единственного. За Адама!
— Ура! — закричали гости, со звоном соединяя бокалы. И Соня, ещё не пришедшая в себя, кричала громче всех. С души у неё точно камень свалился. Конечно, ей совсем не нравился Адам... Но разве это сейчас важно? Главное — её мама любит не Эба, а совсем другого сима. И считает самым красивым мужчиной в городе именно его.
— Адам, любимый, — продолжала тем временем Эйприл, заглядывая в лицо своему избраннику. — Я хочу при всех сделать тебе предложение поселиться с нами, в этом доме. Ты согласен?
Адам поцеловал ей руку.
— Я только об этом и мечтаю, — сказал он.
— Ха! Ещё бы! — шепнула подруге Берта. — Поселиться в таких хоромах, с такой красивой и такой богатой женщиной! Да кто же об этом не мечтает!
— Ну что же, тогда выпьем за Эйприл! — предложил Адам, вновь наполняя бокалы.
— Отличная идея! — воскликнул Роберт. — Дай-ка я тебя поцелую, дорогая моя свояченица. И пусть у тебя всё будет хорошо!
— Ну, а теперь пора к столу! — закричала, перекрывая всеобщий шум, хозяйка.

В жизни Сони ещё никогда не было такой чудесной вечеринки. Никакие подростковые тусовки с пивом, пиццей и просмотром футбола по телику и в сравнение не шли с этим ну просто настоящим балом. Сначала был обед, и к её великому счастью, она оказалась за столом рядом с Эбом. Лейтенант ухаживал за ней по всем правилам хорошего тона, подливал сок и постоянно спрашивал, что ей положить, но Соне от радостного возбуждения кусок в горло не лез. Она еле-еле смогла заставить себя проглотить несколько ложек желе, которое обычно обожала — и то только после того, как синеглазый красавец в шутку заявил ей, что не станет с ней танцевать, если она не поест. Потом выпили ещё шампанского и включили новый музыкальный центр. По саду поплыла очень красивая, чуть печальная мелодия медленного танца. К Соне подошёл Роберт и, церемонно поклонившись, серьёзно сказал:
— Позвольте вас пригласить!
И Соня охотно согласилась.
«Надо же, я танцую с собственным отцом, — думала она, плавно покачиваясь в такт нежной музыке. — Правда, он не знает, что он мой отец, но это неважно! А тот, кого я люблю, смотрит на меня...»
— Ты стала совсем взрослой, Соня, — проговорил Роберт. — Такой взрослой, и такой красивой... Сегодня я просто тебя не узнал.
— Правда? — улыбнулась девушка.
— Знаешь, мне очень жаль, что мы с тобой так мало общаемся, — продолжал Роберт. — Ты мне очень нравишься, и я всегда хотел бы быть твоим другом. Что бы у тебя ни случилось, знай, что есть в этом городе один сим, который тебя любит.
— Спасибо... Роберт.
— Но я не сомневаюсь, что у тебя будет всё хорошо. И что вы с новым отчимом отлично поладите, — поспешно добавил он.
Соня в ответ лишь пожала плечами. У неё, увы, не было такой уверенности...

Медленная мелодия сменилась быстрой. Пары распались, теперь все отплясывали в общей весёлой и шумной толпе. Соня была необычайно счастлива, радость так и бурлила в ней, как пузырьки в давнишнем шампанском. Под музыку она перемещалась по кругу, то и дело хватая за руки то Берту, то маму, то Алину, то Эрику... А потом вдруг оказалась напротив Эба — и как раз в этот миг снова зазвучала лирическая песня.
— Вы обещали со мной потанцевать, — сказала девушка, глядя на него снизу вверх.
— С удовольствием, — улыбнулся он и осторожно взял её за талию. Его ладони были такими горячими, что, казалось, жгли сквозь тонкую ткань платья.
— А можно вам задать один вопрос? — Соня решила заговорить о том, что не давало ей покоя весь вечер.
— Ну, так уж и быть, задавай, — улыбнулся он.
— А как вы к нам сюда попали? Вас пригласила мама?
— Нет, меня привёл Адам. Мы работаем с ним вместе, я в некотором роде его начальник.
— Точно, ведь Адам служит в полиции! Я совсем об этом забыла...
— И должен тебе сказать, — продолжал Эб, — я нисколько не жалею, что пришёл сюда.
— Правда? Вам у нас нравится?
— Не то слово! У вас просто чудесно.
— Неужели? Ой, как я рада...
Он вновь улыбнулся и теснее прижал девушку к себе. Соня была на вершине блаженства. Сейчас она мечтала только об одном — чтобы эта самая чудесная в её жизни вечеринка продолжалась бы вечно...

Но увы! Всё хорошее в этой жизни когда-нибудь заканчивается. Настал и час завершения вечеринки. Гости простились и откланялись, а в саду, как это обычно бывает, остались горы мусора и немытой посуды.
— Да тут работы до самого утра! — воскликнула усталая, но очень довольная Эйприл. — Иногда я жалею, что у нас нет горничной. Может, нанять прямо сейчас?
— А зачем горничная? — удивился Адам. Он не ушёл вместе с гостями и уже, похоже, чувствовал себя хозяином в этом доме. — Твоя дочь совсем взрослая, она вполне может взять всю работу по дому на себя.
— Соня, я тебе помогу... — начала было Эйприл, но Адам её перебил:
— Она отлично справится со всем сама. А на тебя, моя дорогая, — он игриво подмигнул женщине, — у меня сейчас совершенно другие планы...
Эйприл счастливо рассмеялась. Они обнялись и удалились в дом, занятые друг другом настолько, что даже не пожелали Соне спокойной ночи. А девушка принялась приводить всё в порядок.
Уборка затянулась до глубокой ночи. А на другой день нужно было рано вставать и идти в школу. Чертыхаясь и проклиная будильник, Соня еле-еле разлепила веки и побрела в ванную. Но попасть туда ей не удалось — в коридоре она столкнулась с одетым в одни пижамные штаны Адамом.
— Я пойду умываться первый, — сказал он.
— Но я тороплюсь в школу! — возмутилась девушка.
— Надо раньше вставать, чтобы не торопиться! — отвечал Адам. — А если уж так спешишь, иди в ту ванную, что внизу.
— Не могу! Здесь все, что мне нужно — полотенца, расчёска, косметика...
— Какая ещё косметика! В твоём возрасте даже слов таких ещё знать не положено! — и он захлопнул дверь прямо перед её носом, да ещё прокричал из ванны: — И не забудь приготовить на всех завтрак, слышишь?

Обычно в будние дни, когда Соня спешила на автобус, завтрак всегда готовила мама. Но теперь она, по-видимому, сладко спала, утомлённая ночью любви. И девушке ничего не оставалось, как умыться в ванной на первом этаже и отправиться на кухню.
«Что бы такое приготовить, чтоб побыстрее? — думала она. — Пожалуй, сделаю мюсли...»
Едва она поставила на стол большую миску, как в кухне появился Адам. Следом за ним шла Эйприл в таком откровенном белье, что Соня только фыркнула про себя.
— Завтрак готов, — сказала она.
Все трое уселись за стол.
— Фу-у, что ты приготовила! — возмутился мужчина. — Мюсли! Я их терпеть не могу!
— Ничего, блюда из круп полезны для здоровья! — ответила Соня, уплетая за обе щёки.
— Прекрати мне дерзить! — он стукнул кулаком по столу.
— Адам, любимый, успокойся! — засуетилась Эйприл. — Не надо так волноваться из-за пустяков. Я сейчас тебе приготовлю что-нибудь другое. Что ты хочешь, омлет или яичницу?
— Пожалуй, я бы съел оладьи, — решил он после долгих раздумий.
Эйприл тут же побежала к холодильнику.
— Ну правда же вечеринка вчера получилась просто замечательно? — щебетала она, изо всех сил стараясь сгладить неловкость.
— Угу, — хмуро и в разнобой согласились Адам и Соня.
— Мне так понравилось! — Эйприл наклонилась, чтобы вынуть сковородку из кухонного шкафчика. — Вот только, Соня, почему не пришёл твой парень? Я так хотела с ним познакомиться...
— Какой ещё парень? — вытаращил глаза Адам. — Ты что, хочешь сказать, что эта соплячка уже гуляет с мальчишками?
Они обе тотчас обернулись к нему. Но если на лице старшей читались удивление и растерянность, то младшая явно была возмущена. Ещё немного — и в кухне разразился бы грандиозный скандал, но ту за окном прозвучал нетерпеливый сигнал школьного автобуса.
«Не буду я сейчас с ним связываться!» — рассудила про себя Соня и со всех ног помчалась на улицу.

В школе девушке удалось забыть о своих неприятностях. Во-первых, они с Бертой целый день обсуждали вчерашнюю вечеринку и, разумеется, гораздо больше говорили не о противном Адаме, поселившемся теперь в доме Холлидеев, а о черноволосом красавце лейтенанте Матье, о том, как Соня с ним танцевала, что он сказал и как на неё смотрел. Во-вторых, у подруг родилась гениальная идея, успешная реализация которой вполне могла бы сулить решение проблемы с Адамом. В-третьих, объявили результаты контрольной по математике, и выяснилось, что у Сони пятёрка. Мелочь, конечно, в свете остальных столь значительных событий её жизни, но всё-таки приятно.
Вернувшись домой, девушка застала Эйприл одну. Адам, к счастью, был на работе. Мама очень обрадовалась пятёрке. Она, похоже, была в отличном расположении духа, и Соня решилась попробовать то, что они задумали с Бертой.
— Ма, а ты была когда-нибудь у госпожи Филомены? — поинтересовалась она словно бы невзначай.
— У Филомены? — Эйприл открыла холодильник и задумчиво изучала его содержимое. — Нет. Кто это?
— Местная гадалка.
— Гм? Гадалка? Как ты думаешь, Адам будет доволен, если на ужин я подам салат и индейку?
— Не сомневаюсь. Только про десерт не забудь. Так что с гадалкой?
— А ты мне поможешь?
— Ну, конечно! Давай вымою овощи, — девушка подошла к раковине и пустила воду. — А ты не хотела бы съездить погадать?
— Я? — Эйприл подняла глаза от кухонного комбайна и изумлённо поглядела на дочь. — Ну конечно нет. Зачем это мне? Тем более сейчас, когда у меня всё так хорошо...
— Ну видишь ли... — Соня на миг замолкла в поисках аргумента. И тут её осенило: Я не совсем правильно выразилась. Я хотела сказать, что сама собиралась съездить к госпоже Филомене. Но одна как-то не решаюсь...
— Да ну, глупости всё это, — рассмеялась Эйприл, натирая солью птичью тушку. — Поверь мне, гадать на счастье не надо, оно само придёт...
— Ну мама! — Соня бросила в комбайн последний огурец. — Я очень тебя прошу, съезди со мной, пожалуйста...
Эйприл поставила птицу в духовку и, распрямившись, улыбнулась дочери:
— Хорошо, если тебе это так надо...

Соня повисла у неё на шее:
— Мамочка, ты чудо! Значит, я прямо сейчас могу позвонить и сказать, что мы будем сегодня ночью?
Женщина нахмурилась:
— Ночью? Почему же ночью? Нет уж, если ты так хочешь, я с тобой съезжу. Но только днём.
— Но ма... Госпожа Филомена днём никого не принимает. У неё такое правило.
Губы Эйприл сжались в тонкую ровную нитку.
— Раз так, то поездка отменяется.
— Мамочка! Ну почему?
— Ну как же ты не понимаешь? — женщина нахмурилась с досады. — Я же теперь живу не одна... Как по-твоему я объясню Адаму, что куда-то уеду среди ночи?
— А ты скажи, что это нужно мне...
— Нет, это исключено.
— Но, мамочка...
— Ты меня не слышала? Я сказала «нет».
Целых два часа девушка была в полном отчаянии. Даже поплакала, запершись в любимой ванной на втором этаже, благо сейчас оттуда никто не выгонял. Потом взяла себя в руки, умылась и принялась мыть душевую кабину. Физическая работа всегда помогала ей думать.
Так случилось и на этот раз. Ванная комната блестела, а в голове у девушки созрела смелая идея. Она быстро сполоснула руки, помчалась в свою комнату, поплотнее закрыла за собой дверь и, тщетно пытаясь унять разыгравшееся сердцебиение, набрала уже ставший знакомым номер.
— Капитан Матье слушает! — откликнулся бархатный голос.
— Как это капитан? Только вчера вы вроде бы были лейтенантом...
— А Соня, это ты! Здравствуй. Да, вот так вышло. Сегодня утром меня повысили в должности.
— Ой, Эб, я вас поздравляю! Вы... Вы такой молодец.
— Спасибо, Соня. Ты извини, я сейчас на службе и не могу долго говорить. У тебя ко мне какое-то дело?
— Нет... то есть да. Только... Словом, Эб, а вы не могли бы... Ну, для меня...
— Соня, я для тебя могу очень многое. Только скажи конкретно, если можно, — даже по телефону было понятно, что он улыбается.
— Вы не могли бы сделать так, чтобы Адам Стар в ближайшие дни поработал бы в ночную смену? — выпалила она.
Эб расхохотался:
— Что, новый отчим не разрешает потусоваться?
— Ну да! — девушка радостно ухватилась за это предположение.
— Ладно, будь по-твоему! — отвечал Эб. — Как раз завтра с двадцати трёх до шести некому подежурить. Пойду тебе навстречу и назначу Адама.
— Ой, Эб, вы меня так выручили! Я вас обожа... — девушка запнулась на полуслове.
— Рад был тебе помочь. Ну, будь здорова, мне надо бежать.
И в трубке раздались короткие гудки.

— Зря я всё-таки поддалась на твои уговоры, — Эйприл с тревогой смотрела на мрачный дом в глубине заросшего сада.
— Ну почему же, ма? Адам всё равно работает в ночь...
— Так-то оно так, но мне здесь не нравится. Жутковато как-то... Словно на кладбище.
— Да брось ты, мама! Идём скорее!
И девушка, взяв маму за руку, провела её уже знакомой дорогой через густой сад, к дому, в снова открывшуюся словно сама собой дверь, по анфиладе комнат в большой зал.
Там почти ничего не изменилось. Госпожа Филомена сидела на том же самом месте и, как показалось Соне, даже в той же самой позе. Только вместо хрустального шара и карт перед ней теперь были свечи. Одна из них стояла на подставке в виде черепа.
Соня сделала шаг вперёд, но чародейка остановила её движением руки.
— Тебе я сегодня гадать не буду. Ты не сделала того, что я велела тебе в прошлый раз, и не была там, куда я сказала тебе пойти.
— Но... — начала было Соня, но колдунья тем же движением заставила её замолчать.
— Знаю. Знаю, что ты обещала, и знаю, кому. Но кроме как там, тебе негде взять ответы на твои вопросы. Пойди хотя бы днём. Внимательно смотри на то, что там увидишь, и внимательно слушай то, что тебе там скажут. Это всё. А ты, — она перевела взгляд на Эйприл, — подойди вон к той стене.
Эйприл, точно загипнотизированная, последовала этому приказанию. Едва она сделала несколько шагов, как на тёмной стене внезапно вспыхнул факел. Обе посетительницы, и юная и взрослая, испуганно вздрогнули. Но боялись они напрасно — перед ними не оказалось ничего страшного. Только плоская медная ваза в которой лежали засохшие головки роз.
— Возьми любой цветок и дай мне, — сказала Филомена.
Эйприл протянула руку и выбрала бутон. При жизни он, наверное, был красным, теперь же имел почти чёрный цвет.
Чародейка приняла у неё цветок и ловко перетёрла его в ладонях. Получившийся порошок она кинула в пламя свечи, торчавшей из черепа. Огонь полыхнул, вспыхнул, от него поднялся густой клуб дыма, и вся комната наполнилась тяжёлым сладким ароматом.
— Вижу! — проговорила гадалка. — Вижу тебя, вижу того, кого ты любишь. Вижу его жену и его малыша. Он ушёл к тебе от неё, так? И ты думаешь, что нашла своё счастье. Но ты — увы! — ошибаешься. Этот блондин — не твоё счастье. Твоё счастье было, было рядом с тобой, но ты не смогла его удержать.
— Но как же так? — тихо проговорила Эйприл. — Две крупные слезы выкатились из её глаз и скатились по щекам.
— Подожди плакать, ещё не всё потеряно... — гадалка устало откинулась на спинку кресла. — Возможно, что твоё счастье ещё вернётся к тебе.
— Да, но... Что я должна для этого сделать?
— Ты — ничего. Это может сделать только один человек.
— Кто? Ради всего святого, кто?
— Она, — едва заметным кивком Филомена указала на Соню. — Твоя дочь.
Конец шестой серии

Серия 7
Тайна гибели Франсуа
Весь день, сидя в школе на занятиях, Соня никак не могла сосредоточиться. Слова гадалки госпожи Филомены не выходили у неё из головы. «Что же мне делать? — думала девушка, машинально рисуя в тетради какой-то узор. — С одной стороны, я дала Эбу слово, что никогда больше не пойду на кладбище, с другой — мне просто необходимо там побывать... Постой-постой, Соня! Но ведь с Эбом у нас шла речь только о ночи! А гадалка сказала, что, в крайнем случае, я могу сходить туда и днём! Вот здорово! Вот и решение нашлось! Отправлюсь-ка я туда прямо после школы...»
Она еле дождалась конца уроков и в автобусе сразу попросила водителя:
— Лора, высади меня, пожалуйста, около церкви.
— Слышьте, ребят! — тут же заржал Марк. — Не иначе, Сонька к исповеди собралась! Сонь, а Сонь? С кем это ты нагрешила, а?
— Отвали! — привычно огрызнулась Соня и подумала про себя: «Вот дебил! И что это Берта в нём нашла, не понимаю!»
Конечно, ни в какую церковь она не пошла. Пересекла дорогу и сразу же направилась к кладбищу.
Днём здесь было совсем не страшно, даже красиво. Густые старые деревья, искусно высеченные из камня надгробия и множество цветов. Девушка переходила от одного памятника к другому, распугивая ворон и внимательно вглядываясь в надписи. Где же эта могила с ангелочком и синими цветами? Помнится, рядом с ней была берёза... Очень похожая на вон ту. Соня приблизилась к плите под деревом и прочла надпись: «Профессор Майкл Стаут. Погиб в результате неудачного научного эксперимента. От учеников и скорбящей жены Эйприл».

«Получается, здесь похоронен мамин первый муж! — догадалась она. — А что — очень даже симпатичный дядька, судя по фото... Лучше бы мама жила с ним, а не с этим мерзким Адамом! Но это не та могила, которая мне нужна. Тут голубь, а не ангел, и синих цветов нет. Где же?.. А, вот она!»
Та могила, которую она искала, оказалась совсем рядом. Высеченная на мраморе надпись гласила: «Франсуа Холлидей. Трагически погиб в 8 лет. Спи спокойно, любимый сыночек».
— Вот оно что! — от неожиданности Соня даже сказала это вслух. — Стало быть, в этой могиле покоится мой братик... Умерший ещё до моего рождения...
Некоторое время девушка стояла в недоумении, рассматривая ухоженную могилку. Ну вот она пришла сюда, увидела памятник. И... — что? Зачем гадалка велела ей это сделать? Каким образом это повлияет на её, Сони, дальнейшую жизнь? И, тем более, какое имеет отношение к её любви? К Эбу Матье, самому красивому мужчине в городе?
Она так задумалась, что не услышала тихих шагов по дорожке, и даже вскрикнула от испуга, когда за спиной вдруг раздался голос.

— Мир тебе, дитя моё! Я тебе не помешаю?
Девушка обернулась и увидела доброе веснушчатое лицо в обрамлении белого покрывала. Перед ней стояла монахиня сестра Беата, с которой они не так давно познакомились в городе, когда Соня ожидала встречи с Эбом.
— Здравствуйте!
— А, это ты, Соня! Я тебя со спины и не узнала. Очень рада видеть тебя вновь.
В одной руке у монахини была большая лейка, полная воды, в другой она держала садовый инструмент. Поставив тяжёлую лейку на землю, женщина принялась ловко выпалывать сорняки, которые буйно разрослись по всему кладбищу.
— С ума сойти, что тут творится! Только три дня не была — и всё так заросло...
— Вам помочь? — вежливо поинтересовалась Соня.
— Если тебе не трудно! — обрадовалась Беата. — Давай я буду полоть, а ты поливай цветы. К сожалению, далеко не все симы ухаживают за могилами своих родных так, как это делает твоя мама... Мне приходится приезжать часто сюда и приводить всё в порядок. Бедный отец Александр, наш священник, конечно, не в состоянии справиться со всей работой один.
— Я смотрю, вы много бываете в городе, — заметила Соня, переходя с лейкой к следующей клумбе. — А мне всегда казалось, что монахиням не разрешается покидать стены монастыря...
— Вообще это так. Но я ведь пока не монахиня, а только послушница.
— А что это значит?
— Монахини — это те, кто дал обеты и принял постриг, — принялась объяснять словоохотливая Беата. — Они носят чёрную накидку, и для них на самом деле действуют очень строгие правила... Нам, послушницам, девушкам и женщинам просто живущим в монастыре, но не прошедшим посвящение, разрешается намного больше. В том числе, и покидать святую обитель. Например, в мои обязанности даже входит вся работа за стенами монастыря. Сегодня я здесь, а завтра должна быть в ратуше.
— В ратуше? — удивилась Соня. — А зачем? Что делать монахине, то есть послушнице, в мэрии города?
Беата вздохнула.

— Ой, там просто море работы!.. Может быть, ты знаешь, что в подвале ратуши хранятся архивы? Документы, старые городские газеты... Недавно там прорвало водопроводную трубу. Бумаги стали в спешке выносить и, разумеется, всё перепутали. Леди-мэр звонила и лично просила аббатису, чтобы она прислала кого-нибудь на разборку. Поручили, разумеется, мне, но, честно признаюсь, даже подумать об этом страшно. Представляю, сколько там возни! И помочь мне ну совершенно некому...
Соня не придавала большого значения её болтовне. Ратуша, затопленный подвал, старые документы — всё это мало интересовало девушку. Она поставила на землю опустевшую лейку, и тут её словно током ударило. Прямо перед глазами, очень явственно, точно на самом деле, возникла гадалка госпожа Филомена. «Внимательно смотри на то, что там увидишь, и внимательно слушай то, что тебе там скажут...» — словно бы прозвучали в тишине кладбища её слова. Соня встряхнула головой, и наваждение тотчас исчезло. Но не иначе, это был какой-то особый знак...
— Что с тобой? — удивлённо спросила монахиня, то есть послушница.
— А? Нет, ничего, всё нормально... А хотите, я вам завтра помогу? С архивами в ратуше?

Обрадованная сестра Беата уехала на стареньком грузовичке. Она дважды предложила подвезти девушку домой, но та отказалась. Сегодня у Адама был выходной, а встречаться с отчимом у Сони не было никакого желания. Она пошла пешком, шагала очень медленно и ломала голову, куда бы ей сейчас направиться.
Неожиданно над головой послышался шум вертолёта. Ой, это же Эрика, леди-мэр, Сонина тётка и старшая подруга возвращается домой! Кстати, давненько она, Соня, не была у Эрики и Роберта... Девушка развернулась и почти бегом устремилась в сторону Ясеневой улицы, где стоял роскошный особняк леди-мэр.
Эрика ещё даже не успела переодеться. Сбросив туфли, она сидела в удобном кресле на веранде.
— Ой, Сонечка, как я рада! — воскликнула она. — Ну садись, рассказывай, как вы там все живёте... Марта, будь так добра, принеси Соне стакан сока.


Соня с удовольствием устроилась на мягких подушках.
— Как живём? Да вроде ничего, нормально...
Леди-мэр усмехнулась.
— Да ладно, я по твоему лицу вижу, что это за «нормально»... Видимо, с Адамом тяжело, да?
— Не то слово, — вынуждена была признать девушка.
— И что это только Эйприл в нём нашла? — Эрика пожала плечами, обтянутыми форменным пиджаком. — Конечно он смазливый, и любовник великолепный, с этим не поспоришь... Но вот характер у него — просто ни в какие ворота! И как сестра его терпит?..
Соне почему-то неловко было обсуждать маминого избранника.
— Давай лучше поговорим о чём-нибудь другом, более приятном, — попросила она.
— Это можно, — с готовностью согласилась Эрика. — Помнится, ты давно обещала рассказать мне про своего кавалера. Ну-ка, давай, признавайся, с кем из парней ты встречаешься?
Соня слегка смутилась.
— Ну-у... Понимаешь, он не совсем парень. Он намного старше меня.
— Вот как? Сколько же ему лет? И кто он таков?
— Ему двадцать семь, и он... Он самый красивый мужчина в нашем городе.
Эрика пристально поглядела на племянницу:
— Только не говори, что ты влюблена в Эба Матье! — строго сказала она.
— Увы. Это действительно так... — вздохнула Соня.
Некоторое время леди-мэр молчала, явно переваривая услышанное.
— И что же? Вы встречаетесь? — проговорила она после паузы.
— Нет, что ты! — от такого предположения у девушки даже кровь прилила к щекам. — Мы просто знакомы. По-моему, он даже не знает, что я...
Они помолчали ещё немного, занятая каждая своими мыслями.
— Ну, а теперь ты расскажи мне о себе, — попросила Соня. — А то это нечестно.
— В каком смысле? — Эрика удивлённо подняла бровь.
— Ну, я призналась тебе, в кого влюблена. А ты про своего кавалера так ничего и не сообщила.
Теперь уже и вторая бровь леди-мэр поднялась вверх.
— Ты хочешь сказать, что не знаешь, с кем я встречаюсь?
— Неа, — покачала головой её племянница. — Ты только говорила, что он тоже очень симпатичный, и что его зовут Себастьян. Но я не знаю у нас в городе ни одного человека с таким именем...
— Постой, а... Ну да. Вот оно что... Хорошо, скоро я вас обязательно познакомлю! — пообещала Эрика. — Не сомневаюсь, что вы друг другу понравитесь... Ой, Сонечка, ты же так давно у нас не была! А мы недавно купили новую мебель и заново обставили гостиную. Пойдём, покажу!

Соня сдержала своё слово и на другой день сразу после школы приехала в ратушу и спустилась в подвал, где увидела сестру Беату, чуть ли не с головой утопавшую в кучах старых бумаг.
— Соня, ты пришла! — обрадовалась монахиня, то есть послушница. — Как я рада! А то просто зашиваюсь тут...
Они решили, что девушке лучше всего будет взяться за разборку старых газет. При спешной переноске несколько подшивок рассыпалось, и теперь газеты следовало разложить по датам. Как ни странно, это занятие оказалось не таким уж скучным, наоборот, даже увлекательным. Раскладывая сложенные газеты на большом столе, Соня с интересом просматривала заголовки передовиц и анонсы статей. Было так любопытно узнать, как и чем жил родной город ещё до её появления на свет.
«В окрестностях Сим-сити обнаружена летающая тарелка»
«Мэр города выступил с резкой критикой работы телефонной компании».
«Торжественное открытие спортивного комплекса»
«Сенсация! Житель нашего города был похищен инопланетянами!»
«В церкви Сотворения симов начаты реставрационные работы. Желающим вступить в брак придётся немного подождать»
«Профессор «Академи Ле Тур» разработал новое средство омоложения!»
«Трагическая гибель маленького мальчика».
Последняя статья очень заинтересовала девушку. Развернув газету, она опустилась в кресло и торопливо стала читать.

«Вчера вечером бассейне строящегося спортивного комплекса утонул восьмилетний Франсуа Холлидей. По версии следствия, ребёнок тайком пробрался на площадку, когда строители уже разошлись. Он захотел искупаться в новом большом бассейне и прыгнул в воду, не обратив внимания на то, что лестница отсутствует, и вылезти из бассейна невозможно...
В то время, когда случилось несчастье, мать Франсуа, учёный Эйприл Холлидей, была на работе. Дома с мальчиком оставалась её сестра Эрика, ученица старшего класса частной школы. Девушка рассказала полиции, что делала уроки и даже понятия не имела, что её племянник без спросу ушёл из дома. Она была уверена, что мальчик играет в своей комнате, и обнаружила его исчезновение только поздно вечером. Юная Эрика осмотрела весь дом, затем побежала к соседям...»
— Соня! Ты что, меня не слышишь?
— Ой, извините, сестра Беата, я тут зачиталась одной статьёй...
— Я говорю, что устала и предлагаю сделать перерыв. Как ты смотришь на то, чтобы пойти перекусить?

В кафе на первом этаже ратуши были очень вкусные пирожные, да ещё в таком ассортименте, что глаза разбегались. Соня с удовольствием съела шоколадное суфле и миндальный ёжик с кремом, потом, не удержавшись, взяла ещё и фруктовую корзиночку. Сестра Беата добродушно подшучивала над ней: «Да ты, оказывается, сладкоежка! Ох, чует моё сердце, придётся тебе завтра побегать на тренажёре!»
Но вот с пирожными было покончено, пора было возвращаться к работе. В коридоре девушку вдруг кто-то окликнул:
— Соня? Привет! Не ожидал тебя здесь увидеть. Что ты тут делаешь?
Это был Роберт, муж леди-мэр и вроде бы дядя Сони. Вроде бы, потому что не так давно девушка, случайно подслушав, узнала, что этот симпатичный мужчина не только её дядя, но и отец. О чём он сам даже и не подозревал...
Соня и Роберт дружески обнялись.

— Здравствуй, Роберт! Как я тебе рада! А я тут со своей приятельницей, сестрой Беатой. Помогаю ей разобрать архивы в подвале. Она очень милая. Сейчас я вас обязательно познакомлю!
Девушка обернулась, чтобы подозвать монахиню, но почему-то никого не увидела. Сестра Беата исчезла, точно сквозь землю провалилась.

Всё следующее утро Соня сама не знала, отчего у неё такое хорошее настроение. Может, потому что Адам уехал на работу рано, и им не пришлось ссориться из-за ванной? Или оттого, что Эйприл сделала на завтрак её любимые вафли? Нет, скорее всего, потому, что ночью опять снился Эб. Соня не помнила, что именно было в том сне, но явно что-то очень хорошее...
В школе она получила две пятёрки. А когда в их классе уже закончились занятия, и все ребята толпой вывалили на улицу, тут случилось такое... Такое...
— Вау, какая тачка! — заорал Марк, как всегда первым вырвавшийся из школьных стен на свободу. — Вот это круто!
— Смотри, кто там вылезает из машины, — Берта ткнула подругу в бок.
Соня взглянула туда и только ахнула. Дверь шикарного автомобиля отворилась, и оттуда вышел не кто иной, как Эб Матье собственной персоной. В штатском, в чёрной футболке и модных джинсах, он был так хорош, что у девушки даже голова закружилась.
— О Боже, Берта! — прошептала она. — Похоже, он идёт к нам...
— Привет! — лучезарно улыбаясь, произнёс самый красивый мужчина в городе.

— Здравствуйте, — отвечала Берта. Соня лишь пролепетала что-то, изо всех сил сжимая руку подруги.
— Я могу поговорить с тобой? — спросил Эб, обращаясь к Соне, и у девушки даже ноги подкосились.
— Понятно! — усмехнулась Берта, посмотрела сначала на него, потом на подругу и осторожно высвободила руку. — Ладно, я пойду, а то ещё автобус уйдёт...
И Соня осталась без поддержки, один на один с мужчиной, одно только имя которого заставляло трепетать её сердце. А он продолжал смотреть на неё сверху вниз и улыбаться.
— Знаешь, Сонь, тут такое дело... В общем, я получил на работе очередное повышение. А поскольку мне уже осточертело отмечать это с сослуживцами, решил на этот раз пойти в дискотеку. Как ты смотришь на то, чтобы составить мне компанию?
— Я? — почему-то она спросила это шёпотом.
— Ну да. Надеюсь, ты ничего не имеешь против «Зазеркалья»?
«Зазеркалье»! Самый новый и самый шикарный клуб в Сим-сити, куда подростков без сопровождения взрослых и не пускают! Сестра Беата, дожидавшаяся её в ратуше, все эти дурацкие старые газеты и бумаги мгновенно выветрились у Сони из головы. Какие тут могут быть архивы, когда Он приглашает её в «Зазеркалье»! Девушка уже хотела ответить, но тут её взгляд упал на собственную школьную форму.
— Простите, но... Боюсь, что ничего не получится. Не могу же я в таком виде идти в клуб...
— Разве это проблема? — удивился Эб. — Сейчас я отвезу тебя домой, и ты переоденешься.
Но Соня с тоской покачала головой.
— Это исключено... Адам, наверное, уже дома. Но даже если его и нет, мама всё равно ни за что не отпустит меня в «Зазеркалье», да ещё со взрослым мужчиной...
Он нахмурился, но лишь на миг.
— Можно, конечно, попробовать поговорить с твоими родителями. Но у меня есть идея получше. По дороге мы с тобой заедем в «Сим-моду», и ты выберешь там себе что-нибудь подходящее.
— Ой, это было бы великолепно, но...
— Никаких но! Едем скорее. «Зазеркалье» — место очень популярное, и если мы с тобой будем слишком долго канителиться, то рискуем остаться без столика!

Клуб действительно выглядел потрясающе. Зеркала тут были повсюду. И в каждом из них отражалась обалдело-счастливая Соня в новеньких крошечных шортах и топике (Адам сдохнет, если увидит её в таком прикиде!) и её сопровождающий, самый красивый мужчина в городе.
— Что ты будешь пить? — спросил Эб, когда официант принёс им меню и отошёл от столика.
— Мне бы хотелось коктейль...
Эб на мгновение задумался.
— Хорошо, я закажу тебе коктейль. Но учти, что это будет первый и последний. Не хватало ещё, чтобы меня, полицейского, обвинили в развращении несовершеннолетней!
— А разве вы меня развращаете? — она сама удивилась, как весело и кокетливо прозвучал её голос.
— А разве нет? — спросил в ответ Эб и так на неё посмотрел, что у неё по всему телу разлилось сладкое тепло. О Создатель симов, неужели это происходит с ней не во сне, а наяву?! Кто бы сказал, что такое может быть, Соня ни за что бы не поверила...

— Эй, Соня!.. Вернись сюда, ко мне!
— Ой, что? Простите...
— Смотрю, ты уже совсем улетела куда-то в заоблачную даль... О чём мечтаешь, если не секрет?
— Сейчас — больше ни о чём! — честно призналась девушка. — Мне больше ничего-ничего на свете не нужно!
— Как тебе мало надо от жизни, даже завидую! — Эб отпил немного из поставленного перед ним бокала и кивком поблагодарил официанта.
— А что нужно вам? — решилась спросить Соня.
— О, да очень многое! Я хотел бы достичь вершины карьеры. Построить большой дом, обставить его по собственному вкусу. И обязательно завести конюшню. Лошади — это моя страсть.
— Правда? Я тоже просто обожаю лошадей!
Голова у неё кружилась, в ушах стоял гул. От чего это — от коктейля, от общей обстановки клуба? Или от счастья?
Эб улыбнулся ей обворожительной улыбкой:
— Видишь, как много у нас общего... А ещё, насколько я помню, мы оба любим танцевать. Так почему бы не заняться этим прямо сейчас?